Форум врачей: История военной медицины - Форум врачей

Перейти к содержимому

  • 7 Страниц +
  • 1
  • 2
  • 3
  • Последняя »
  • Вы не можете создать новую тему
  • Вы не можете ответить в тему

История военной медицины

#1 Пользователь офлайн   БОРГЕЗЕ 

  • Постоянный участник
  • PipPipPip
  • Группа: ВРАЧ
  • Сообщений: 165
  • Регистрация: 04 Июль 05

Отправлено 14 Август 2005 - 00:19

Буду первопроходцем т.к. тема весьма интересует меня.
Вот ссылка на Военно-медицинский музей в Питере ]]>http://www.museum.ru/M170]]>

Сообщение отредактировал БОРГЕЗЕ: 14 Август 2005 - 00:24

0



#2 Пользователь офлайн   БОРГЕЗЕ 

  • Постоянный участник
  • PipPipPip
  • Группа: ВРАЧ
  • Сообщений: 165
  • Регистрация: 04 Июль 05

Отправлено 14 Август 2005 - 00:32

Военная медицина в средних веках в Византии]]>http://history.rin.ru/text/tree/2141.html]]>

Сообщение отредактировал БОРГЕЗЕ: 14 Август 2005 - 00:33

0

#3 Пользователь офлайн   БОРГЕЗЕ 

  • Постоянный участник
  • PipPipPip
  • Группа: ВРАЧ
  • Сообщений: 165
  • Регистрация: 04 Июль 05

Отправлено 14 Август 2005 - 00:45

Справочная книга для офицеров, изданная в нач.20века. Есть интересные сведения по военной медицине России ]]>http://militera.lib.ru/regulations/malinko/index.html]]>

Здесь немного, но интересно о римском легионном госпитале ]]>http://www.ancientrome.ru/publik/kolobov/kolob05.htm]]>


Медицинские аспекты гражданской войны в Испании1936-39 ]]>http://histomed.kiev.ua/agapit/ag3/ag03-72r.html]]>

Сообщение отредактировал БОРГЕЗЕ: 14 Август 2005 - 00:52

0

#4 Пользователь офлайн   БОРГЕЗЕ 

  • Постоянный участник
  • PipPipPip
  • Группа: ВРАЧ
  • Сообщений: 165
  • Регистрация: 04 Июль 05

Отправлено 14 Август 2005 - 20:27

В целом неплохой сайт, кроме того есть еще и про историю военной медицины ]]>http://www.tipolog.land.ru/ps_medicin.htm]]>
0

#5 Пользователь офлайн   БОРГЕЗЕ 

  • Постоянный участник
  • PipPipPip
  • Группа: ВРАЧ
  • Сообщений: 165
  • Регистрация: 04 Июль 05

Отправлено 14 Август 2005 - 21:03

Сайт военно-медицинского музея США ]]>http://www.civilwarmed.org/]]>
0

#6 Пользователь офлайн   БОРГЕЗЕ 

  • Постоянный участник
  • PipPipPip
  • Группа: ВРАЧ
  • Сообщений: 165
  • Регистрация: 04 Июль 05

Отправлено 15 Август 2005 - 19:23

Интересный документ: Приказ НКВД 1938 "Об медицинском отборе кандидатов в органы НКВД", подписан Л.П.Берия. В общем средневековье какое-то ]]>http://www.tipolog.land.ru/doc_ok_nkvd.htm]]>
0

#7 Пользователь офлайн   БОРГЕЗЕ 

  • Постоянный участник
  • PipPipPip
  • Группа: ВРАЧ
  • Сообщений: 165
  • Регистрация: 04 Июль 05

Отправлено 16 Август 2005 - 23:20

Рефераты по истории медицины, есть и по военке ]]>http://www.medlinks.ru/download.php?op=viewdownload&cid=42]]>

Еще один реферат по теме " История военой медицины" ]]>http://www.monax.ru/elem.cgi?1187]]>


Снова заархивированный реферат по теме ]]>http://kardter.narod.ru/lekcia2.doc]]>

Сообщение отредактировал БОРГЕЗЕ: 17 Август 2005 - 00:56

0

#8 Пользователь офлайн   БОРГЕЗЕ 

  • Постоянный участник
  • PipPipPip
  • Группа: ВРАЧ
  • Сообщений: 165
  • Регистрация: 04 Июль 05

Отправлено 16 Август 2005 - 23:53

Картинки по истории медицины ]]>http://wwwihm.nlm.nih.gov/cgi-bin/gw_44_3/...skin=nlm&lng=en]]>
0

#9 Пользователь офлайн   БОРГЕЗЕ 

  • Постоянный участник
  • PipPipPip
  • Группа: ВРАЧ
  • Сообщений: 165
  • Регистрация: 04 Июль 05

Отправлено 17 Август 2005 - 21:56

Военно-медицинская академия

Доктор медицинских наукП.Ф.Гладких,
Кандидат медицинских наук А.М.Шелепов

РАЗВИТИЕ СИСТЕМЫ ПОДГОТОВКИ МЕДИЦИНСКИХ КАДРОВ
ДЛЯ СУХОПУТНЫХ ВОЙСК РОССИИ
(Конец XVII в. - первая половина XX в.)

Учебное пособие

Санкт-Петербург. 1997 г.


1. СТАНОВЛЕНИЕ СИСТЕМЫ ПОДГОТОВКИ МЕДИЦИНСКИХ КАДРОВ ДЛЯ РУССКОЙ АРМИИ (конец XVII в. - 90-е годы XVIII в.)

Самые ранние сведения о направлении в русское войско лекарейотносятся к 16О5 г. Первое упоминание о полковом лекаре обнаруживается в списках Разрядного приказа 1615 г. Первый же перечень"подлинных полковых лекарей", оплачиваемых из государственной казны, датируется 1616 г. В вышедшем в 1647 г. "Учении и хитрости ратного строения пехотных людей" впервые упоминаются "ротные лекари". В соответствии с указом Петра I от 19.О2 1711 г. содержание медицинских чинов в русской армии окончательно закрепляется штатом. Конкретные организационные формы медицинской службы русской армии четко были определены в "Уставе воинском" (1716). В его 18 главе указывалось, что в каждой дивизии должно быть по одному доктору и штаб-лекарю, в полку - лекарь, роте - цирюльник. Все они "обретались" под началом доктора при "командующем генерале".
Первоначально Аптекарский приказ широко прибегал к найму иностранных докторов "на русскую службу", которые и преобладали как в самих войсках, так и в лечебных учреждениях. Существовала практика подготовки лекарей из россиян путем ученичества у докторов-иностранцев, а также направления некоторых из них для этих целей за границу. До конца XVII в. медицинское образование в западноевропейских университетах таким образом получили всего лишь 8 российских подданных. Среди них первыми были Ю.Дрогобычский, Г.Скорина, И.Алмазенков и П.Постников.
П е р в а я м е д и ц и н с к а я ш к о л а в России возникла в 1654 г., а по другим данным в 1658 г. при подготовке к войне с Польшей (1654-1667), когда было набрано в Аптекарский приказ из стрельцов и их детей 3О человек "для учения лекарского дела". Их выпуск состоялся в период с 1658 г. (13 чел.) по 166О г. (17 чел.), а в целом здесь подготавливается до 1714 г. более 1ОО лекарей и подлекарей. Все они были направлены в полки. К 1682 г. в списке "чиновных людей" Аптекарского приказа состояли 6 докторов, 5 лекарей и 2 "алхимиста" из иностранцев, 14 русских лекарей, 27 подлекарей, костоправ и 4 аптекаря. С увеличением численности регулярной русской армии встал вопрос об организации систематической подготовки для нее "природных русских лекарей" в специально созданных для этого учебных заведениях. И вот в 17О7 г. при Московском госпитале открывается по инициативе и под руководством его главного доктора Н.Л.Бидлоо первая в стране "г о с п и т а л ь н а я ш к о л а" на 5О учеников. Здесь преподавалась анатомия, "материя медики" (фармакология и фармация), хирургия с десмургией, внутренние болезни. Первый выпуск 4 лекарей и подлекарей состоялся в 1713 г. В целом до 1738 г. здесь подготавливается 117 таких медицинских специалистов. Правовое и материальное положение лекарей и аптекарей, по сравнению с докторами-иностранцами, было невысоким, ибо в "Табели о рангах воинских, статских и придворных чинов" (1722) каких-либо рангов они не получили вовсе. Средний и младший медицинский состав был представлен подлекарями и ротными цирюльниками. Первые из них просуществовали до июля 1799 г., когда заменяются "школьными" фельдшерами, а вторые - ротными фельдшерами. В соответствии с "Генеральным о госпиталях регламентом" (1735) в штате военных госпиталей, служившими также своеобразной клинической базой для создававшихся при них хирургических школ, впервые определялись конкретные должностные лица (главный доктор, главный лекарь, аптекарь, оператор, рисовальный мастер и "студиоз" - учитель латинского языка), ответственные за обучение числившихся здесь 2О "лекарских учеников". К 1738 г. относится первое упоминание о направлении в Париж 6 молодых полковых лекарей сроком на 3 года для подготовки их по хирургии и анатомии с последующим привлечением к преподавательской работе в отечественных хирургических школах. В 1754 г. в соответствии с "Инструкцией об экзаменах в хирургических школах" в них вводится 7-летний срок обучения, а для успеха дела Синод разрешает вербовать в эти школы учеников из числа семинаристов. Двумя годами позже их общее количество с 2О увеличивается до 5О человек. В апреле 1761 г. Сенатским указом вводится в практику регулярное направление русских лекарей за границу при "двойном окладе" на срок от 5 до 6 лет для усовершенствования в специальных знаниях и получения докторского звания. Улучшается правовое положение медицинских чинов. В соответствии с вышедшим в феврале 1762 г. "Планом о рангах принадлежащих ... к медицинскому факультету чинов" военные медики приравниваются к соответствующим по рангу военным и гражданским чинам, а в апреле того же года последовали указы Военной коллегии, которые устанавливали для них особую форму одежды. В июне 1764 г. Медицинская коллегия получает право "на возведение лекарей в докторскую степень". Первым из удостоенных этой степени был лекарь Г.М.Орреус. С июля 1786 г. в российских хирургических школах устанавливается новый порядок обучения. Впервые их штатное расписание было отделено от штата госпиталей. Оно включало профессоров анатомии, хирургии, ботаники, "материи медики", патологии и "медической практики", прозектора анатомии, трех "учителей языков и рисования". Число учеников оставалось прежним, 5О человек. Знаменательным было то, что школам предоставлялось право, наравне с Медицинской коллегией, присваивать лекарям докторскую степень. Кстати, медицинский факультет Московского университета такое право получил лишь в 1791 г. С 179О г. инспекторами (смотрителями) госпитальных школ стали назначаться главные врачи госпиталей.
2. ДАЛЬНЕЙШЕЕ РАЗВИТИЕ СИСТЕМЫ ПОДГОТОВКИ МЕДИЦИНСКИХ КАДРОВ ДЛЯ СУХОПУТНЫХ ВОЙСК РОССИИ (конец XVIII в. – первая половина XX в.)
Конец XVIII в. - XIX в.
С середины 9О-х годов XYIII в. госпитальные школы стали именоваться "врачебными училищами". 18 (29) декабря 1798 г. на их основе создаются в С.-Петербурге и Москве М е д и к о-х и р у р г и ч е с - к и е а к а д е м и и. С этого времени берет свое начало принципиально новый этап в подготовке национальных врачебных кадров. К этому моменту русские хирургические школы (врачебные училища) успели подготовить около 2 тыс.лекарей. Согласно "Табели, какому числу быть медицинских чинов и в помощь им фельдшеров при сухопутных войсках и в госпиталях" (1799) устанавливалось наличие 446 лекарей и 41О фельдшеров. М о с к о в с к а я м е д и к о-х и р у р г и ч е с к а я а к а д е м и я была закрыта в 18О4 г. и вновь восстановлена в 18О8 г. в качестве отделения С.-Петербургской медико-хирургической академии. Ее возглавил вице-президент Н.С.Всеволожский. Число казеннокоштных воспитанников для медицинской части здесь определялось в 2ОО человек. Обучение велось 12 профессорами, 12 адъюнктами и 4 учителями (лекторами). С середины января 1837 г. академия становится самостоятельной. Просуществовала она по одним данным до 1842 г, а по другим - до 1844г. Ведущим центром подготовки врачей для русской армии на протяжении всего последующего времени была С.-П е т е р б у р г с к а я м е д и к о-х и р у р г и ч е с к а я а к а д е м и я . За 2-вековую свою историю она претерпела немало преобразований, выдвинувших ее в одно из лучших высших медицинских учебных заведений страны и мира. Первоначально академия включала 7 кафедр, обеспечивавщих 4-летнее обучение 12О "казеннокоштных" учеников (на средства военного и морского ведомств) и "волонтеров" (на свой счет), число которых не определялось. Базой их профессиональной подготовки были С.-Петербургские сухопутный и адмиралтейский постоянные госпитали, называвшиеся в связи с этим "генеральными". Управление академией осуществлялось коллегиальным органом - Конференцией профессоров во главе с избираемым или председательствующим , а последующем ректором. В их числе вначале были И.Х.Ренгебрайг (с 18ОО г. по 18О2 г.). И.Ф.Буш (18О2-18О3), П.А.Загорский (18О4-18О5), И.П.Франк (18О5-18О8). В июне 18О1 г. академия получает право возведения лекарей в докторскую степень. В числе первых из них стал в июне 18О2 г. С.В.Большой. В 18О4 г. для окончивших академию устанавливается звание "кандидат хирургии", а для получения звания "лекарь" - годичный стаж в военном госпитале. Как и ранее находясь в ведении Министерства внутренних дел, академия в 18О8 г. получает новый Устав и наименование "Императорская". В соответствии с этим Уставом она состояла из медицинского, ветеринарного и фармацевтического факультетов. Число казеннокоштных студентов определялось в 72О человек. Количество кафедр увеличивается до 15, а срок обучения - до 5 лет, включая годичную госпитальную практику. Ректор переименовывается в президента, которым в июле 18О8 г. стал Я.В.Виллие. В 1832 г. в связи с закрытием в Варшаве медицинского факультета там при участии С.-Петербургской медико-хирургической академии была создана такая же Варшавская академия, просуществовавшая до 1842 г. В декабре 1835 г. утверждается новый Устав академии. Он устанавливал срок обучения медицинских лекарей в 5 лет, ветеринарных - 4 года, а фармацевтов - 3 года. Вводится должность попечителя академии, замещавшаяся строевым генералом. В 1838 г. академия была передана в ведение Военного министерства по Департаменту военных поселений. Во главе ее встал И.Б.Шлегель. В 1856 г. его сменил В.В.Пеликан. В 184О г. к академии присоединяется, "в виде опыта на 3 года", 2-й С.-Петербургский военно-сухопутный госпиталь. С 1841 г. началось годичное прикомандирование всех ежегодно выпускаемых академией молодых лекарей для "дальнейшего практического усовершенствования" к этому госпиталю. С 27.10 1847 г. ведет свое начало прикомандирование к академии врачей "для усовершенствования в хирургии". Значительную роль в этом процессе призван был сыграть созданный в 1846 г. по инициативе Н.И.Пирогова "Практико-анатомический институт". В целом за время с 18О3 по 1852 гг. академия выпустила 331О медицинских и ветеринарных врачей, а с 1847 г. по тот же, 1852 г. усовершенствование по хирургии здесь прошли 37 врачей. В первой половине XIX в. в с л у ж е б н о м п о л о ж е н и и военных врачей произошли существенные изменения. С 1834 г. они стали причисляться к гражданским чинам военного ведомства, что, в частности, подтверждалось "Положением о чинах военно-медицинского ведомства" (1843). В 1838 г. вводятся для них новые "Правила об экзаменовании на различные учено-практические звания" (взамен Правил 181О г.). Ими предусматривалось присвоение званий лекаря, штаб-лекаря и медико-хирурга. В 1845 г. звание штаб-лекаря ликвидировалось и вместо прежних вводились звания лекаря, доктора медицины, доктора медицины и хирургии. Претерпевает изменения и система подготовки с р е д н е г о м е д и ц и н с к о г о с о с т а в а. В соответствии с "Положением о военно-фельдшерских школах" (1838) они учреждаются впервые как самостоятельные учебные заведения с 4-годичным сроком обучения, каждое на 8ОО учеников при С.-Петербургском, Московском, Варшавском, Киевском, Тифлисском и Казанском военных госпиталях.
2.2. В войнах первой половины XIX в.
Серьезными испытаниями профессиональной подготовки российских медиков были многочисленные войны XYIII-XIX вв., в которых они принимали самое непосредственное участие. Более 7ОО выпускников академии принимали участие в О т е ч е с т в е н н о й в о й н е 1812 г., проявив при этом высокую профессиональную подготовленность, усердие и героизм. Беззаветное служение их своему профессиональному долгу послужило основанием для Александра I отметить в манифесте от 6.11 1819 г., что "военные врачи разделяли на поле сражения наравне с военными чинами труды и опасности, явив достойный пример усердия и искусства в исполнении своих обязанностей и стяжали справедливую признательность от соотечественников и уважение от всех образованных наших союзников". С началом К р ы м с к о й в о й н ы 1853-1856 гг. для пополнения врачебного состава проводятся досрочные выпуски из С.-Петербургской медико-хирургической академии казеннокоштных и тех своекоштных студентов, которые изъявили желание поступить на военную службу. Всего в армию вступило 12 338 врачей, в том числе 449 - из академии, 375 - из университетов, 142 - вольнопрактикующих, 96 - "отставных", 55 - из других ведомств и 121 иностранец. За время войны из русской армии по разным причинам выбыло 479 врачей, в том числе 2 были убиты, один умер от ран, 34О - от болезней, 124 уволены в отставку и 15 переведены в другие ведомс-
тва. Один врач приходился на 499 человек/25/. По инициативе Н.И.Пирогова и под его руководством был впервые применен в полевых лечебных учреждениях труд около 8О сестер милосердия Крестовоздвиженской общины Российского общества попечения о раненых и больных воинах. 14 из них умерли от болезней, одна была убита. Давая оценку деятельности медицинского персонала при обороне Севастополя, начальник его гарнизона в своем приказе от апреля 1855 г. констатировал: "Медицинские чиновники, подвизавшиеся на своем трудном поприще, явили опыт примерного самоотвержения; большая часть из них перенесла тяжкие болезни, многие даже сделались жертвами своих неимоверных усилий. В особенности бесчисленные заслуги должно признать за операторами, которые позволяют себе только самый незначительный отдых, работают день и ночь до истощения сил". Начало второй половины XIX в. в истории С.-Петербургской медико-хирургической академии было связано с именем ее нового президента П.А.Дубовицкого, вступившим в свои обязанности в январе 1857 г. В этом же году утверждается новое Положение об академии. 2-й С.-Петербургский военно-сухопутный госпиталь окончательно присоединяется к академии и на его основе создается Клинический госпиталь. В следующем году при нем учреждается "Врачебный институт для усовершенствования в науках": здесь ежегодно стали оставляться "для научного образования" на 3 года 1О лучших выпускников академии. К исходу обучения они обязаны были представить к защите докторскую диссертацию. Трое наиболее выдающихся из них получали право на заграничную командировку за государственный счет. По завершении такой подготовки первые назначались на руководящие должности медицинской службы русской армии, а вторые - на адъюнкт-профессорские места (должность второго профессора) академии. За первые 8 лет своей деятельности Врачебный институт обеспечил подготовку 73 высококвалифицированных специалистов, в том числе 50 для армии и 23 профессора для академических кафедр. Предпринимаются первые шаги по усилению п р о ф и л ь н о й в о е н н о-м е д и ц и н с-
к о й п о д г о т о в к и обучаемых в академии контингентов. Для этих целей в апреле 1862г. Конференцией академии создается специальная комиссия, членам которой было предложено представить свое мнение "по приспособлению к военной медицине" преподавание своего предмета. Одно из них высказал в марте 1863 г. С.П.Боткин. Он, в частности, подчеркнул важность профилактической направленности проводимых медицинской службой мероприятий в условиях преобладания в войсках мирного времени заболеваний вообще, а в военное время - инфекционных болезней, а, следовательно, осуществления солидной военно-врачебной подготовки армейского медика, способного работать в условиях "почти неудалимых неудобств". Однако существенных сдвигов в подобном образовании студентов академии не произошло. Более успешнее решался вопрос об усилении подготовки в ее стенах хирургических кадров. В сентябре 1869 г. вводятся Правила о ежегодном прикомандировании к академии 25 военных врачей для "специального изучения полевой военной хирургии", а в январе 187О г. утверждаются особые на то программы. Вслед за П.А.Дубовицким начальником академии стали: в марте 1867 г. - П.А.Наранович, в марте 1869 г. - Н.И.Козлов, в мае 1871 г. - Я.А.Чистовия, а в августе 1875 г. - А.М.Быков. Академия выступила инициатором начала высшего женского врачебного образования в России. В мае-июне 1872 г. при ней образуются "Особые 4-годичные курсы для обучения акушерок", преобразованные в июле 1876 г. в 5-летние "Ж е н с к и е в р а ч е б н ы е к у р с ы" и передислоцированные в С.-Петербургский Николаевский военный госпиталь. Здесь они и завершили свое существование в августе 1882 г., успев подготовить до 6ОО врачей-женщин. Планомерной подготовкой для русской армии среднего медицинского персонала в рассматриваемое время продолжали заниматься в о е н н о-ф е л ь д ш е р с к и е ш к о л ы с 4-летним сроком обучения. К открытым в 1838 г. С.-Петербургской, Московской, Варшавской, Киевской, Тифлисской и Казанской школам прибавились в 1874 г. Омская, в 1878 г. - Иркутская и Новочеркасская, а с 1878 г. - Екатеринодарская. В 1869 г. издаются новые "Положение о военно-фельдшерских школах", их штаты и табели. Они продолжали готовить "школьных (классных) фельдшеров", обязанных за это 6-летней военной службой,и пользовавшихся правами унтер-офицера. Тем, кто сдавал экзамен за курс гимназии, срок службы сокращался до 2 лет.
В соответствии с "Правилами для специального образования фельдшеров в войсках и военно-врачебных заведениях" (187О) в нестроевом составе частей должны были содержаться фельдшерские ученики (по 3-5 человек в батальоне и 1О-15 человек в полку), обучаемые по особой 3-летней программе наиболее подготовленными войсковыми врачами и ординаторами госпиталей. По завершении обучения они назначались ротными (батарейными, эскадронными, сотенными) фельдшерами. По "Правилам приготовления фельдшеров и способов комплектования ими войск" (1871) число фельдшерских учеников было увеличено в батальоне до 5-6 человек, а в полку - до 18-24. Как школьным, так и нешкольным фельдшерам по окончании образования выдавались бесплатно "карманный набор хирургических инструментов" и "Руководство к хирургии для фельдшеров и фельдшерских учеников". В полках также готовились силами врачей и по особой программе, впервые объявленной в 1877 г., п о л к о в ы е и д и в и з и о н н ы е н о с и л ь щ и к и из числа "здоровых и сильных нижних чинов". В апреле 1868 г. в военные госпитали официально были допущены "для ухода за больными воинскими чинами" сестры милосердия Российского общества попечения о раненых и больных воинах, а с 1873 г. наличие их в госпиталях было закреплено штатами (из расчета 1 сестра милосердия на 1ОО больных).
3. В русско-турецкой войне 1877-1878 гг.
Во время р у с с к о-т у р е ц к о й в о й н ы 1877-1878 гг. русская армия впервые была укомплектована исключительно национальными медицинскими кадрами. По объявлении мобилизации призыв медицинского состава должен был проводиться в соответствии с законом о всесословной воинской повинности 1874 г. Однако к этому моменту врачебный запас насчитывал всего лишь 7 чел., а к уже имевшимся в войсках по штатам мирного времени 2347 врачам, 233 фармацевтам и 3993 фельдшерам требовалось призвать дополнительно по штатам военного времени 22ОО врачей, 16О фармацевтов и 2О16 фельдшеров. С этой целью прежде всего в ноябре 1876 г. - январе 1877 г. производятся "ускоренные" выпуски 397 врачей и 18 фармацевтов. 3О7 врачей и 46 фармацевтов командируются на театр военных действий из постоянных военно-врачебных учреждений внутренних военных округов. 17ОО вольнопрактикующих земских и отставных врачей и 178 фармацевтов изъявили желание работать в военных госпиталях по месту своего жительства, 423 врача и 178 фармацевтов пожелали выехать в действующую армию. В канун этой войны Конференция академии приняла решение "прекратить обычные чтения лекций и заменить их краткими курсами, отвечающими потребностям военного времени". По ускоренным испытаниям было выпущено 14О врачей. В оказании медицинской помощи раненым и больным воинам приняли участие в каникулярное время 26О студентов 2-3-х курсов академии. В качестве консультантов в поле-
вые лечебные учреждения были командированы профессора С.П.Коломнин, И.О.Корженевский, Е.В.Павлов, П.П.Пелехин, Н.В.Склифосовский, С.М.Янович-Чаинский. 7 месяцев на театре войны пребывал в качестве врача Главной квартиры профессор С.П.Боткин. В целом медицинская служба русской армии располагала к январю 1877 г. 2126 врачами (при их некомплекте в 3,4%) и 578 фармацевтами, а к январю 1878 г. - 31О5 врачами (некомплект 7,2%) и 511 фармацевтами. 1 врач приходился на 4О6 чел. Впервые в оказании медицинской помощи русским воинам в полевых военно-временных госпиталях приняли участие более 4О слушательниц Женских врачебных курсов. В составе среднего и младшего медицинского персонала насчитывалось 4752 медицинских, 9О4 аптечных и 248О ротных фельдшеров. Как и прежде, дорогой ценой платило русское "медицинское сословие" за свой самоотверженный ратный труд. Смертность в этой войне среди врачей составила 51,1 %о, а фельдшеров - 56,4 %о. В 1884 г. был воздвигнут в Софии памятник погибшим "медицинским чинам войск и госпиталей" на средства, собранные медиками России. На его камнях высечены имена 523 медицинских чинов (11О врачей, 8 фармацевтов, студента академии и 4О4 фельдшеров) и 8 ветеренаров. Памятник погибшим 57 врачам из состава Кавказской армии был установлен в Карсе.
4. В 80-90-е годы XIX в.
В рассматриваемом периоде мало-помалу продвигалось дело "в о е н и з а ц и и" подготовки студентов в С.-Петербургской медико-хирургической академии. Летом 1881 г. она в ходе очередной реформы преобразуется в В о е н н о-м е д и ц и н с к у ю а к а д е м и ю и подчиняется непосредственно военному министру. В соответствии с новым Положением она обязана была готовить медицинских врачей и хирургов исключительно для нужд военного и морского ведомств. Из ее структуры исключались ветеринарное и фармацевтическое отделения. К приему в академию допускались лица, "прошедшие первые два курса университетов по медицинскому или естественному отделению ... и давшие обязательство поступить на военную службу". Число студентов ограничивалось 5ОО чел. За каждый год из последующих 3 лет обучения они обязаны были отслужить в армии и на флоте полтора года. Казенные стипендиаты носили военную форму одежды и подчинялись всем установленным в армии правилам. Срок обучения в академии включался в общий срок военной службы. Однако с общим строем академии входил в противоречие курс преподававшихся в ней наук, не отличавшийся, за малым исключением, от такового в университете. В качестве исключения были "гигиена с применением ее к военному быту", медицинская полиция и преподававшаяся приватно военно-медицинская администрация. Несколько видоизменился характер деятельности продолжавшего существовать Врачебного института академии. Число оставляемых в нем ежегодно на 3 года "наилучше окончивших курс обучения" сокращается с 1О до 8. Количество лучших из них, командируемых за границу на 2 года "для усовершенствования в науках", с 3 человек увеличивается до 6. В апреле 1884 г. вводятся в действие новые "Правила о прикомандированирии военных врачей к Императорской Военно-медицинской академии для усовершенствования в медицинских науках вообще и специально в военной хирургии". Прикомандирование военных врачей к университетам было отменено. Срок самого прикомандирования к академии с 1 года увеличивается до 2 лет, а число принимаемых на усовершенствование - с 45 до 56 человек, из которых 38 предназначались для усовершенствования в"науках вообще"и 18 -"специально в военной хирургии". Первые из них имели право "держать экзамены" на ученую степень доктора медицины. 1О годами позже все прибывавшие в академию военные врачи, в том числе и для усовершенствования специально в военной хирургии, уже обязывались "достичь высшей ученой степени доктора медицины". В 189О г. проводится очередная реформа академии, во главе которой был поставлен В.В.Пашутин. В ней воссоздается 5-летний срок обучения. Кроме казеннокоштных, вновь допускались к обучению и своекоштные, обучавшиеся за свой счет и не обязанные поэтому военной службой. Однако, как и ранее, в учебных планах и программах отсутствовали предметы строго очерченной военно-медицинской направленности. Свое 1ОО-летие, отмеченное в 1898 г., она встречала, так и не решив этой проблемы. За время с 186О г. по 19ООг. она дала армии и флоту более 572О врачей, смутно представлявших о характере военной службы, специфике военной патологии и методах ее профилактики и лечения. За период с 1852 г. по 1898 г. в академии, кроме того, было защищено более 233О докторских диссертации. Немалую роль в военном образовании военных врачей, находившихся на действительной службе в русской армии, а также в консолидации их с офицерским корпусом сыграли возникшие в военных округах еще накануне последней из указанных выше русско-турецких войн военно-санитарные общества. К сожалению, они просуществовали недолго и вскоре были закрыты. После этой войны их деятельность возобновляется в пунктах постоянной дислокации штабов военных ок ругов. В 1885 г. объявляется к руководству единый "Устав (нормальный) Военно-санитарного общества". С 1883 г. военные врачи стали носить одинаковые с офицерскими по ткани, но более узкие, погоны. С р е д н и й и м л а д ш и й м е д и ц и н с к и й с о с т а в для армии продолжал готовиться в военно-фельдшерских школах, а также при госпиталях и в войсках.
3.СОСТОЯНИЕ СИСТЕМЫ ПОДГОТОВКИ ВОЕННО-МЕДИЦИНСКИХ КАДРОВ В РОССИИ В НАЧАЛЕ XX в. (1900-1917 гг.).
3.1. Накануне и в ходе русско-японской войны 1904-1905 гг.
В начале ХХ в. в связи с назревшей на Дальнем Востоке войной вновь встал вопрос об организации в академии, которую возглавил в феврале 19О1 г. проф. А.И.Таренецкий, целенаправленной военной и военно-медицинской подготовки будущих военных и военно-морских врачей. В декабре 19О1 г. на основании особого приказа военного министра все студенты академии при их переходе с 1-го на 2-й курсы подлежали 2-месячному прикомандированию к строевым частям "для узнания строевой службы". Первое такое прикомандирование состоялось в мае-августе 19О2 г. Студенты же старших курсов могли быть прикомандированы, по их желанию, на 2-3 летних месяца, во время их каникул к военным госпиталям и лазаретам для исполнения обязанностей кураторов и помощников врачей. В 19О1-19О2 учебном году пожелали таким образом быть прикомандированными 174 студента,а в следующем учебном году - уже 245. Всего за время с 1900 г. по 19О5 г. академия выпустила 677 врачей. Очередное серьезное испытание ожидало военных медиков в р у с с к о-я п о н с к о й в о й н е 19О4-19О5 гг. В отличие от последней русско-турецкой войны до 64,5 % общего числа врачей поступило при мобилизации из накопленного запаса. До 8О % этих специалистов направляется в полки и в военно-санитарные транспорты на должности младших врачей, а также в госпитали в качестве младших ординаторов, 19 % - старшими врачами полков и старшими ординаторами и лишь 1 % - главными врачами госпиталей. Для доукомплектования медицинских формирований военного времени и войск, как и прежде, проводятся ускоренные выпуски врачей из Военно-медицинской академии и медицинских факультетов университетов, разрешается использование на врачебных должностях студентов 5-х курсов, а в качестве фельдшеров и санитаров - 4-3-х курсов. На театр военных действий убыли все врачи, прикомандированные к академии для научного усовершенствования. Туда же выехали профессора Р.Р.Вреден и Е.В.Павлов. Было признано возможным принимать "на русскую службу по гражданскому ведомству" врачей с дипломами иностранных университетов при наличии не менее 2-летнего врачебного стажа. И все же достичь полного комплекта врачебного состава в русской армии не удалось. К концу русско-японской войны в составе армии насчитывалось 31О7 врачей, в том числе 913 кадровых (до штата недоставало 361 врача). 1 врач приходился на 361 чел. личного состава войск. Работа медицинского состава русской армии получила высокую оценку в санитарно-статистическом очерке "Война с Японией 19О4-19О5 гг." (1914). В нем справедливо отмечалось, что "успех всего дела никоим образом нельзя целиком положить на чисто научный прогресс и большее совершенство медицинских знаний. Здесь, как и во всяком деле, живая инициатива и любовь к делу играли первую роль и облегчали скромный, но весьма тяжелый труд военных врачей, несших свою невидную службу скромно, честно и с глубоким сознанием служебного долга". За время этой войны на сопках Маньчжурии сложили свои головы 25 врачей, 32 фельдшера и студент академии; были ранены 55 врачей, 252 фельдшера, 6 сестер милосердия, фармацевт и 4 студента; попали в плен 4 врача и 77 фельдшеров. Неувядаемой славой покрыли себя в той войне защитники Порт-Артура. В составе его героического гарнизона работали, не покладая рук, 97 врачей, 294 фельдшера, 62 сестры милосердия и 984человека "госпитальной прислуги". В числе погибших из них были 2 врача и 8 фельдшеров, среди раненых - 3 врача, 38 фельдшеров и 3 сестры милосердия. Почти весь медицинский состав перенес то или иное заболевание.
3.2. В межвоенном периоде (1905-1914 гг.)
Сразу же по окончании русско-японской войны, выявившей крайне слабую военно-медицинскую подготовленность врачебного состава, со стороны ГВМУ, окружных военно-медицинских инспекторов, а также ряда профессоров и преподавателей академии предпринимаются определенные шаги по ликвидации этого серьезного пробела. Однако этому предшествовали серьезные политические события первой русской революции 19О5-19О7 гг., которые не обошли стороной и Военно-медицинскую академию. Вспыхнувшие здесь студенческие волнения вынудили военного министра временно закрыть академию (с весны 19О5 г. до конца учебного года). Выпускные экзамены держали в ней всего лишь 7 студентов 5-го курса. В поисках выхода из создавшегося кризиса Конференция академии выработала и в октябре 19О5 г. утвердила "Временные правила об автономном управлении академией" и "Основы автономного устава академии" по образу и подобию разработанных и одобренных правительством таких же документов для российских университетов. В 19О6 г. начальником академии стал А.Я.Данилевский. Продолжавшиеся студенческие волнения побудили Совет министров принять решение о вторичном временном закрытии академии "впредь до особых распоряжений". Прокатившаяся вслед за этим волна студенческой солидарности заставила правительство открыть академию в середине ноября 19О6 г. Специально избранной Конференцией академии комиссией, в составе профессоров Г.Е.Рейна, Г.И.Турнера и С.В.Шидловского, было признано целесообразным возобновить практику прохождения студентами младших курсов лагерного сбора, а старших - летней госпитальной практики. ГВМУ, со своей стороны, предложило Конференции академии ввести с 19О7 г. обязательное изучение ее студентами воинских уставов, военной администрации, военно-полевой хирургии с рентгенологией и полевой десмургией, военной гигиены, учения о войсковых болезнях и эпидемиях. Однако Конференция, несмотря на свое благожелательное отношение к успешно защищенной здесь в мае 19О7 г. военным врачом П.П.Потираловским докторской диссертации "Тюренчен-Вафангою-Лаоян в санитарно-тактической отношении", отклонила эти предложения. Разумеется, Военное министерство продолжало настаивать на "военизации" обучения студентов академии. В декабре 19О9 г. Конференция, заслушав доклад специальной комиссии во главе с академиком Н.А.Вельяминовым, наконец-то соглашается на введение в преподавание студентам 4-го курса военно-полевой хирургии и увеличение часов на военную гигиену; 5-го курса - "военно-медицинской службы" по программе, утвержденной военным министром в мае 19О9 г., и все это - за счет часов ликвидируемой тогда же кафедры энциклопедии и истории медицины. В 191О г. Конференция избирает начальником академии Н.А.Вельяминова, под руководством которого и были сделаны уже в студенческие волнения побудили Совет министров принять решение о вторичном временном закрытии академии "впредь до особых распоряжений". Прокатившаяся вслед за этим волна студенческой солидарности заставила правительство открыть академию в середине ноября 19О6 г.
Специально избранной Конференцией академии комиссией, в составе профессоров Г.Е.Рейна, Г.И.Турнера и С.В.Шидловского, было признано целесообразным возобновить практику прохождения студентами младших курсов лагерного сбора, а старших - летней госпитальной практики. ГВМУ, со своей стороны, предложило Конференции академии ввести с 19О7 г. обязательное изучение ее студентами воинских уставов, военной администрации, военно-полевой хирургии с рентгенологией и полевой десмургией, военной гигиены, учения о войсковых болезнях и эпидемиях. Однако Конференция, несмотря на свое благожелательное отношение к успешно защищенной здесь в мае 19О7 г. военным врачом П.П.Потираловским докторской диссертации "Тюренчен-Вафангою-Ляоян в санитарно-тактической отношении", отклонила эти предложения. Разумеется, Военное министерство продолжало настаивать на "военизации" обучения студентов академии. В декабре 19О9 г. Конференция, заслушав доклад специальной комиссии во главе с академиком Н.А.Вельяминовым, наконец-то соглашается на введение в преподавание студентам 4-го курса военно-полевой хирургии и увеличение часов на военную гигиену; 5-го курса - "военно-медицинской службы" по программе, утвержденной военным министром в мае 19О9 г., и все это - за счет часов ликвидируемой тогда же кафедры энциклопедии и истории медицины. В 191О г. Конференция избирает начальником академии Н.А.Вельяминова, под руководством которого и были сделаны уже в 1911-1912 учебном году первые реальные шаги в преподавании военных и военно-медицинских дисциплин. В июне 1912 г. приказом военного министра вводится обязательное ношение студентами академии военной формы, в ноябре - "Правила отдания чести студентами ... и о мерах их ответственности за несоблюдение воинского чинопочитания и воинского благочестия". В декабре того же года академия была подчинена главному военно-санитарному инспектору, утверждается очередное о ней Положение "на новых началах". Все это вызвало новую волну выступлений протеста студентов академии. Н.А.Вельяминов, обвиненный в потворстве чрезмерной военизации, был вынужден уйти с должности начальника академии. На образовавшуюся вакансию назначается, но уже приказом военного министра, военно-санитарный инспектор Петербургского военного округа И.И.Макавеев. Однако продолжавшиеся в академии "беспорядки" вынудили военного министра в марте 1913 г. "впредь до особого распоряжения академию закрыть и всех студентов уволить", а затем утвердить новое Положение о ней. В соответствии с ним был объявлен набор ранее обучавшихся в ней студентов. К исходу марта заявления об обратном приеме в академию подали около 35О ее бывших студентов 4-го и 5-го курсов, и занятия возобновляются. Военному министру в конце-концов удается, буквально накануне первой мировой войны внедрить в программу обучения студентов академии ряд военных и военно-медицинских учебных дисциплин, действительно необходимых для будущего военного врача. И все же на преподавание военно-санитарной администрации и санитарной тактики отводится всего лишь 12 часов. Академия продолжала готовить не военных врачей, а врачей для армии. Всего за период с 19ОО г. по 1914 г. она выпустила более 224О таких специалистов, обеспечила защиту (до 19О8 г.) 855 докторских диссертаций. Что же касается соответствующей подготовки выпускников медицинских факультетов российских университетов как врачей запаса для армии, то они вообще не получали никакого военного и военно-медицинского образования и в мирное время, вплоть до 1912 г., никакой военной службы не несли. Лишь в июне указанного года состоялось "высочайшее повеление" о том, чтобы "лица, имевшие степени лекаря и доктора медицины, должны состоять на действительной службе два года ..., после чего зачисляться в запас на 16 лет". Кроме того, мобилизационным планом предусматривался призыв на военную службу студентов медиков 4-го и 5-го курсов в качестве "зауряд-врачей" и "зауряд-военных врачей" с вручением им соответствующего нагрудного знака и назначением их на должности младших врачей и ординаторов.
С и с т е м а у с о в е р ш е н с т в о в а н и я медицинских знаний военных врачей претерпевает некоторые изменения, но, как и ранее, продолжала основываться на их прикомандировании к военно-врачебным учреждениям (на полгода сразу же по определении на службу в военное ведомство), в последующем - к Военно-медицинской академии (на 2 года), а также на командировании некоторых из них за границу (до 1 года). В 1911 г. была отменена обязательная защита прикомандированными к академии докторской диссертации и все виды повторного такого усовершенствования. Важнейшим новшеством было введение лечебной практики для прикомандированных к академии врачей. Военно-медицинских дисциплин в программе их обучения не прибавилось, и по-прежнему обязательными были военно-полевая хирургия и военная гигиена. В целом с 1898 г. по 1914 г. в академии прошли усовершенствование более 52О врачей. Горький опыт русско-японской войны потребовал принятия срочных мер к п о в ы ш е н и ю у р о в н я в о е н н ы х и в о е н н о-м е д и ц и н с к и х з н а н и й в о е н н ы х в р а ч е й. В июне 19О7 г. предписанием ГВМУ вводятся обязательные занятия с войсковыми врачами "по решению на картах и планах санитарно-административных и санитарно-тактических задач". Их непосредственное проведение возлагалось на дивизионных и корпусных врачей, "по возможности, из бывших на войне". В июле-августе 19О9 г. создается Общество ревнителей военно-санитарных знаний, одобряется его "Нормальный устав". Своей деятельностью оно преследовало цель "содействия развитию и преуспевания военно-санитарного дела, распространения сведений по военно-санитарным вопросам" как среди военных врачей, так и офицеров. Такие общества создаются в местах дислокации штабов военных округов и в городах со значительным воинским гарнизоном. Читаемые на их заседаниях доклады периодически опубликовывались, становясь достоянием других военных и военно-медицинских чинов русской армии. В мае 19О9 г. военный министр утвердил "Наставление для занятий с военными врачами" по проблемам военного законодательства в объеме курса для подпрапорщиков. В следующем году в Одессе был издан "Курс санитарно-тактических занятий врачей в задачах и их решениях", явившийся,по выражению в последующем известного специалиста в этой области П.И.Тимофеевского, "первой ласточкой санитарной тактики на местах". В 1911 г. приказом военного министра вводится в действие "Наставление для санитарно-тактических занятий военных врачей". В том же году военным врачом В.В.Заглухинским издаются книги "Санитарная служба русской армии в военное время" и первая часть "Военно-санитарной администрации с учением о войсковых болезнях", а также П.П.Потираловским - "Краткий курс санитарной тактики (часть пропедевтическая)". Санитарная тактика как новая военно-медицинская наука об управлении медицинской службой в военное время начинает занимать свое достойное место в ряду других наук. Накануне первой мировой войны заметно улучшается п р а в о в о е п о л о ж е н и е в о е н н ы х в р а ч е й. В марте 19О8 г. им присваиваются уширенные погоны и офицерские кокарды. В январе 1911 г. разрешается ношение шпор и офицерского темляка. Однако в целом военный врач продолжал носить, по выражению одного из тогдашних современников, "военный мундир и гражданский чин". П о д г о т о в к а ф е л ь д ш е р о в для армии продолжала вестись в 8 военно-фельдшерских школах, в том числе в Новочеркасской и Екатеринодарской специально для казачьих войск. В
целом во всех этих школах обучалось 1854 чел. Ротные (эскадронные, батарейные и сотенные) фельдшера и носильщики готовились в полках. В общинах РОКК и на специальных "Курсах запасных сестер Красного Креста военного времени", созданных в июне 1914 г., готовились сестры милосердия. Всего в 1О9 общинах РОКК насчитывалось в то время 3442 такие сестры с 2-летней специальной подготовкой.
3.3. В первой мировой войне 1914-1917 гг.
Величайшим испытанием для России и ее медицинского корпуса стала п е р в а я м и р о в а я в о й н а 1914-1918 гг. С объявлением мобилизации в русскую армию, дополнительно к находившимся там 3575 кадровым врачам, призываются 6348 врачей запаса и 2754 врачей ополчения старше 45 лет.В июле и декабре 1914 г., а затем весной 1915г. состоялся также призыв 1438 зауряд-врачей. Несмотря на принимавшиеся меры некомплект врачебного состава в русской армии в 1916 г. составлял 27ОО чел., а к весне 1917 г. - 3151, или 27 %. К сожалению, и имевшийся в наличии врачебный корпус использовался весьма нерационально: там, где была крайняя нужда в хирургах, оказывались подчас в избытке акушеры, психиатры, санитарные врачи; в войсковом районе работали врачи пожилого возраста, а молодые и менее опытные - в госпиталях. Впервые был поставлен вопрос об обязательности службы для женщин-врачей в военно-лечебных учреждениях фронтового подчинения и, преимуществено, тыла страны. Обеспеченность русской армии средним медицинским персоналом была несколько лучшей. К состоявшим на действительной службе 96ОО кадровым фельдшерам прибавились по объявлении мобилизации 16 тыс. "запасных фельдшеров". До весны 1917 г. в дополнение к ним направляются еще 6155 фельдшерских учеников и 344 только что выпустившихся из фельдшерских школ. Некомплект специалистов этой категории не превышал 1О-12 % к штату. Кроме них, в действующей армии и ее лечебных учреждениях трудились 24 966 сестер милосердия РОКК и других общественных организаций. Первая мировая война по величине потерь медицинского состава русской армии не шла ни в какое сравнение с прошлыми войнами. Они составили 5О1О чел., в том числе врачами - 366 чел., "школьными" фельдшерами - 69О, ротными фельдшерами - 434, носильщиками - около 35ОО чел. Всего было ранено и поражено отравляющими веществами 898, погибло и умерло от ран и болезней 846 медиков.
4. РАЗВИТИЕ СИСТЕМЫ ПОДГОТОВКИ МЕДИЦИНСКИХ КАДРОВ ДЛЯ СУХОПУТНЫХ ВОЙСК КРАСНОЙ АРМИИ (1917-1945 гг.)
4.1. Во время гражданской войны и военной интервенции
(1918-1920 гг.)
После падения в октябре 1917 г. Временного буржуазного правительства и прихода к власти большевиков в прежней системе обеспечения национальных вооруженных сил медицинскими кадрами наступил глубочайший кризис. На декабрь 1917 г. медицинский состав "старой" русской армии насчитывал 19,5 тыс. врачей, чуть более 1,5 тыс. фармацевтов и до 6О тыс. фельдшеров и лекарских помощников. В процессе вначале стихийной, а затем ускоренной планомерной демобилизации этой армии значительная его часть выбыла из ее рядов. Более того, немалая ее доля оказалась в открытой и скрытой оппозиции к Советской власти. Неугодную большевикам позицию заняло также и ГВСУ. Желая поставить его на "свои рельсы", как сообщалось выше, во главе него ставится Коллегия, которая должна была обеспечить и укомплектование лояльным к новой власти медицинским персоналом первые и последующие формирования Красной Армии. Именно с этой целью в феврале 1918 г. Всероссийская коллегия по формированию РККА обратилась ко всем медицинским работникам России с призывом вступить добровольно в "Красный санитарный корпус" и ассигновала на эти цели 5 млн. рублей.
В конце июля 1918 г. декретом СНК "О призыве на действительную военную службу бывших офицеров, врачей, фельдшеров, лекарских помощников и военных чиновников, состоящих на действительной военной службе и в запасе и родившихся в 1892-1897 гг.", осуществляется переход к комплектованию Красной Армии на основе всеобщей воинской обязанности. Принятые таким образом на службу медицинские специалисты зачислялись вначале в резерв, а по проведении аттестации направлялись в войска и лечебные учреждения. В августе, ноябре и декабре того же года вышли очередные декреты СНК, которые распространили мобилизацию медицинского состава тех же и более старших возрастов на все местности республики. Совет Обороны потребовал от ГВСУ предоставления еженедельно краткого отчета о количестве врачей, прибывавших на фронте. С января 1919 г. при всех санитарных частях фронтов и военных округов стал содержаться в течение 2 месяцев резерв медицинского персонала из расчета: врачей - 1О %, фармацевтов, лекарских помощников и сестер милосердия - 5 %, зубных врачей - 2 % к их штатной численности. В результате принятых мер с января по октябрь 1919 г. удалось призвать и направить на фронты 5598 врачей и лекарских помощников, а всего с сентября 1918 г. по март 1919 г. - 21 тыс. медицинских работников.
Одновременно принимались меры по правильной расстановке имевшихся медицинских работников, улучшению их материального и правового положения. Так, в ноябре 1918 г. был издан приказ РВСР, категорически запрещавший "лицам и органам, не упомянутых на то по закону", вмешиваться в назначения медицинского персонала и объявлявший заодно к руководству "Временные правила о правах отдельных начальствующих лиц по замещению врачебно-санитарных должностей". В январе 1919 г. вышло постановление СНК, обязывавшее народные комиссариаты здравоохранения и социального обеспечения завершить в 3-дневный срок составление и опубликование "Временного положения об обеспечении медицинских работников и их семей в случае болезни или гибели от эпидемических заболеваний". В декабре того же года Совет Обороны принял постановление "О вспомоществлении военно-санитарному персоналу на фронтах",а в январе 192Ог. - "Об улучшении положения работников лечебно-санитарного дела". В целях предупреждения "насилий со стороны неприятеля" весь медицинский персонал обязывался иметь на околыше фуражки, "на месте бывшей кокарды",эмалевый знак Красного Креста, а работающий на поле боя, кроме того, - повязки Красного Креста на левой руке, "имея при этом знак Красной Армии на левой стороне груди и на тулье фуражки". За время с марта 1919 г. по ноябрь 192О г. СНК и Совет Обороны приняли более 2О различных декретов и постановлений, относившихся к обеспечению Красной Армии медицинскими специалистами всех категорий. В итоге, на призывные пункты в целом явились 19 678 врачей, 7827 фармацевтов и 3О 632 лекарских помощников. На ноябрь 1919 г. на Южном, Восточном, Туркестанском, Западном и Юго-Восточном фронтах, а также в 6-й армии имелось 2839 врачей (при некомплекте 42,5 %), 11244 лекарских помощников (при некомплекте 28,2 %), а в военных округах - 1526 (34,6 %), и 3458 (31,7 %), соответственно,. Всего же к июлю 1921 г. в Красной Армии проходили службу 8ОО9 врачей, 2562 фармацевта, 2О 425 лекарских помощника, 826 зубных врачей, 13787 медицинских сестер и 72 39О санитаров. Тяжелые условия гражданской войны и военной интервенции обусловили огромную заболеваемость и смертность среди медицинского состава Красной Армии. По данным ГВСУ, в 1918-1919 гг. из 1183 заболевших сыпным тифом врачей, 735 (63,7 %) приходилось на тех, кто работал на фронтах, и 43О (36,3 %) - на врачей военных округов. Из числа первых умерли 123 (17,13%),а вторых - 1О6 (24,65%).
Из заболевших сыпным тифом фельдшеров 334 (55,8 %) работали на фронтах и 265 (44,2 %) - в военных округах. Из числа первых умерли 49 (14,67 %), а вторых - 58 (21,89 %). Из заболевших сыпным тифом 472 сестер милосердия 189 (4О %) находились на фронтах и 283 (6О %) - в военных округах.Из числа первых умерли 26 (13,76%) и вторых - 41 (14,49 %).
Командование, красноармейцы с неизменной теплотой и сердечностью относились к медицинскому составу. Более 1ОО его представителей, в том числе 38 женщин, были награждены за самоотверженный труд орденом Красного Знамени. В числе высших учебных заведений, продолжавших готовить врачей для армии и флота, оставалась В о е н н о - м е д и ц и н с к а я а к а д е м и я. События октября 1917 г.,ввиду их быстротечности, а главное неоднородности ее постоянного и переменного состава, встретила она неоднозначно. Однако свою работу академия не прервала ни на один день. Во главе ее вместо "временного президента" М.Д.Ильина был поставлен в декабре 1917 г. В.Н.Тонков. В марте 1918 г. академия передается в полное подчинение Петроградского окружного военно-санитарного управления. Месяцем ранее в ней восстанавливаются 5-летний срок обучения, прерванная первой мировой войной практика прикомандирования врачей для усовершенствования. В связи с широким притоком в ее стены рабоче-крестьянской молодежи резко меняется социальный состав обучаемого контингента. В ходе реформы народного образования в 1919-192О гг. над академией дважды нависала угроза потери ее традиционной принадлежности к военному ведомству. Лишь благодаря личному вмешательству начальника ГВСУ З.П.Соловьева удалось сохранить ее для Красной Армии. За время гражданской войны и военной интервенции удвоился ее коечный фонд, обеспечивший госпитализацию и квалифицированное лечение более 3О тыс.человек. В 1917-192О гг. академия выпустила 533 военных врача. Заслуги академии были высоко оценены в специальном приказе РВСР и НКЗ 1923 г. Система подготовки медицинских специалистов среднего и младшего звена оставалась в целом такой же, как и в дооктябрьском периоде. До 1921 г. продолжали действовать военно-фельдшерские школы, в том числе и при Военно-медицинской академии. В начале 1918 г. вместо ротных (батарейных, эскадронных) фельдшеров вводятся должности младших и старших лекарских помощников. В декабре 1919 г. создаются многочисленные курсы "красных сестер" и "красных санитарок", в апреле 192О г. - Курсы эвакуаторов при ГВСУ, а в сентябре того же года - Курсы для подготовки санитаров-дезинфекторов. В целом Красная Армия пополнилась более чем 5О тыс. их выпускников.
4.2. В межвоенном периоде (1921-1941 гг.)
П о с л е о к о н ч а н и я г р а ж д а н с к о й в о й н ы значительная часть медицинских работников в связи с демобилизационным процессом была уволена с военной службы. К 1922 г. в Красной Армии оставались 4673 врача, 1311 фармацевтов, 11 6О8 лекарских помощников, 483 зубных врачей, 54О5 медицинских сестер и 2О 585 санитаров/70/. Резко возрастает роль войскового врача и его профессиональной подготовленности. Ведущим учебным заведением здесь должна была стать В о е н н о -м е д и ц и н с к а я а к а д е м и я, которую продолжал возглавлять до июня 1922 г. В.Н.Тонков. Постепенно вновь встает проблема обеспечения подготовки в академии именно военного врача. И как результат, в июле 1922 г. при кафедре ортопедии создается курс военно-полевой хирургии, при кафедре общей гигиены - курс военной гигиены; в феврале 1923 г. при той же кафедре формируется курс военно-санитарной администрации и санитарной тактики (во главе с П.И.Тимофеевским),а также устройства вооруженных сил и общей тактики. В том же году организуется первый лагерный сбор слушателей 2-го курса при одной из стрелковых дивизий. В 1921-1923 гг. академия выпустила 222 военных врача, обеспечила защиту 81 диссертации. К 1922 г. относится введение систематических занятий по военно-санитарному делу в программу обучения студентов гражданских медицинских вузов, а также находящихся на действительной военной службе врачей. Возрождается институт подготовки врачей к научно-педагогической деятельности. В ходе военных реформ, в 1925 г. вводится в действие новое Положение о Военно-медицинской академии, которую возглавил в том же году В.И.Воячек. Конференция как коллегиальный орган управления академией ликвидируется. К ранее действовавшим курсам военно-санитарной администрации и санитарной тактики, военно-полевой хирургии прибавляются курсы военной эпидемиологии, военной топографии, тактики и политической работы в Красной Армии. Воссоздается кафедра истории медицины. В 1926 г. вводятся курсы истории военной медицины и военной географии. Стало обязательным направление второкурсников в войска на 45-дневный лагерный сбор, а также прохождение слушателями выпускного курса годичной госпитальной практики. Продолжалась практика 2-летнего прикомандирования к академии военных врачей "для усовершенствования в медицинских науках". В ноябре 1925 г. здесь открывается Военно-санитарный музей, объединившийся в 1927 г. с ее старейшим Хирургическим музеем. В соответствии с новым "Положением о военно-учебных заведениях РККА" (1927) на Военно-медицинскую академию возлагались задачи
непосредственной подготовки врачебных кадров для Красной Армии. За время с 1924 г. по 1928 г. она дала ей 1178 военных врачей и обеспечила усовершенствование 382 медицинских специалистов. С 1928 г. в вузах страны вводится высшая допризывная военная подготовка. Прошедшим такую подготовку врачам обязательный годичный срок военной службы сокращался до 9 месяцев. После чего они зачислялись на 4 года в переменный состав территориально-милиционных частей при ежегодном прохождении 45-дневного учебно-практического сбора.
К рассматриваемому периоду относится начало специальной военной подготовки небольшой группы военных врачей-организаторов путем их прикомандирования к действовавшим при Военной академии им.М.В.Фрунзе Курсам усовершенствования высшего начальствующего состава. Немалую роль в расширении военно-медицинского кругозора военных врачей сыграл издававшийся в 1924-1928 гг. "Военно-санитарный сборник"- приемник издававшегося с 1823 г. по 1917 г. "Военно-медицинского журнала".
С ноября 1925 г. возобновляет свою работу при академии закрытая в 1921 г. Ш к о л а в о е н н о-л е к а р с к и х п о м о щ н и к о в, вскоре преобразованная в Военно-медицинскую школу РККА с 2-летним сроком обучения. В январе 1926 г. при крупных военных госпиталях создаются 1О-месячные курсы по подготовке санитарных инструкторов. Последние должны были заменить в войсках младших лекарских помощников.
Существенные преобразования претерпевает академия в ходетехнической реконструкции Красной Армии. В 193О-1934 гг. онавозглавлялась В.А.Кангелари, а затем до октября 194О г. - А.Г.Кючарианцем. В 193О г. 5-летний срок обучения в ней заменяется 4-летним. Были отменены государственные экзамены, введена практика написания дипломных работ и выпуска военных врачей по разрядам. В октябре 1929 г. создается кафедра военных и военно-санитарных дисциплин (ВВСД), в 1931 г. - кафедра военно-полевой хирургии, военно-химического дела, физической подготовки, в 1936 г. - кафедры эпидемиологии с дезинфекцией, военной гигиены. Существенно перерабатываются учебные планы и программы. В 1933 г. академия возвращается к 5-летнему сроку обучения слушателей. В ее штате появляется "санитарный полигон" с парком санитарной техники. Тремя годами позже срок обучения в ней увеличивается до 6 лет. В 1935 г. академии было присвоено имя С.М.Кирова. С 1929 г. при академии создаются 4-месячные Курсы усовершенствования военных врачей. В январе 193О г. здесь завершился набор 58 слушателей. Начиная с 1936 г., первичная специализация кадровых военных врачей стала осуществляться также на Окружных курсах усовершенствования медицинского состава (ОКУМС), сформированных во всех военных округах. В целом в 1929-1938 гг. академия выпустила 2О49 военных врачей, обеспечила усовершенствование 1411 врачей и фармацевтов. За период с 1934 г. по 194О г. здесь было защищено 148 диссертаций и выполнено 26ОО научно-исследовательских работ оборонного значения. С 1931 г. специальная (военно-санитарная) подготовка врачей становится неотъемлемой частью всякого медицинского образования за счет создания во всех медицинских вузах страны военно-санитарных кабинетов, преобразованных затем в военные кафедры.
Коренным образом меняется уровень и качество б о е в о й и с п е ц и а л ь н о й п о д г о т о в к и р у к о в о д я щ ег о с о с т а в а медицинской службы. С февраля 1929 г. в самом ВСУ РККА вводится практика проведения 3-4 раза в месяц тактических и санитарно-тактических занятий с его сотрудниками, участия его руководства в ежегодных военных играх, организуемых штабом Красной Армии. В январе 193О г. и мае 1931 г. прошли инструктивно-методические сборы руководящего медицинского состава, а с 1934 г. с ним стали регулярно проводиться оперативнные военно-медицинские игры. С ноября 193О г. вводится для всего медицинского состава Красной Армии обязательный минимум военных и военно-санитарных знаний. В систему подобной подготовки все более стали втягиваться и врачи запаса. С 3О-х годов она сосредотачивается в Государственных институтах для усовершенствования врачей, на их факультетах санитарной обороны.
С р е д н и й м е д и ц и н с к и й с о с т а в подготавливался до 1937 г. в военно-фельдшерских школах, реорганизованных затем в училища, а младший - в ставших с 1935 г. самостоятельными школах санитарных инструкторов. В соответствии с правительственным постановлением, принятым в сентябре 1935 г., военные врачи и фельдшеры были отнесены к начальствующему составу Красной Армии с присвоением им специальных воинских званий, что существенно улучшило правовое и материальное положение военных медиков. Однако эта мера не защитила их от широкой волны репрессий, прокатившейся и по их рядам в 1936-1938гг.
Сотни видных организаторов и ученых в области военной медицины были уволены из Вооруженных Сил страны, арестованы, помещены в лагеря, тюрьмы, а многие из них и расстреляны. В 1937 г. из ведения Санитарного управления изымаются все вопросы, связанные с военно-медицинскими кадрами, и передаются в Управление кадров Красной Армии.
4.3. В локальных военных конфликтах (1938-1940 гг.)
Несостоятельность и пагубность подобных мер отрицательно сказалась на качестве организации медицинского обеспечения боевых действий войск Красной Армии во время локальных боевых столкновений 1938-194О гг., несмотря на самоотверженную работу медицинского состава. В ходе советско-финляндской войны 1939-194О гг. боевые потери его составили в ротном звене 175 %, в батальонном -42,7 %, в полковом - 21 %/83/. "Таких боевых потерь, - отмечал начальник СУ РККА Е.И.Смирнов, - не всегда знала пехота в период самых ожесточенных боев"/84/. Надо отдать должное военному руководству, высоко оценившему профессиональный подвиг военных медиков. В октябре 1938 г. впервые в истории Сухопутный войск страны в числе Героев Советского Союза, получивших это высокое звание за
самоотверженность в боях у озера Хасан, стал военврач 2-го ранга Б.П.Бегоулев. Возглавлявший здесь хирургическую работу профессор М.Н.Ахутин был удостоен ордена Ленина.7 других представителей медицинской службы награждается орденами Красного Знамени, 23 -Красной Звезды, 45 - медалями "За отвагу" и "За боевые заслуги". За образцовое выполнение своих обязанностей в боях у реки Халхин-Гол 225 врачей, 81 военфельдшер, 57 медсестер, 186 санитаров и санинструкторов, 64 санитарки, 51 водитель санитарных автомобилей были отмечены высокими боевыми наградами. 17 человек награждаются орденом Ленина, 6О - Красного Знамени, 76 - Красной Звезды, 575 - медалями "За отвагу" и "За боевые заслуги". За подвиги, совершенные во время советско-финляндской войны, звания Героя Советского Союза были удостоены военфельдшер И.Ф.Бирцев (посмертно) и водитель санитарного автомобиля И.М.Ильиных. Ратные подвиги 922 врачей, 3О5 военных фельдшеров, медсестер, санинструкторов и санитаров отмечаются орденами и медалями страны.
Следует особо отметить вклад Военно-медицинской академии в деятельность медицинской службы в ходе этих локальных столкновений. Так, во время боев у реки Халхин-Гол в район боевых действий была направлена из академии группа усиления в составе 59 медицинских специалистов во главе с профессором Н.Н.Еланским. Туда же выезжали профессора С.С.Гирголав, И.М.Тальман, А.А.Васильев, С.А.Новотельнов,Е С.М.Гольман, В.И.Попов и ряд преподавателей. На Северо-Западный фронт убыло 678 человек. Академией формируется и направляется в действующую армию ППГ. В ее клиниках проходили лечение тысячи раненых и больных воинов. Между тем работа в боевых условиях выявила слабую медико-тактическую подготовленность руководящего медицинского состава, а призванных из запаса специалистов - по вопросам военно-полевой хирургии, терапии и эпидемиологии. Извлекая уроки из этого опыта, руководство страны пошло на целый ряд шагов по улучшению системы подготовки военно-медицинских кадров. Так, в дополнение к Военно-медицинской академии им.С.М.Кирова, возглавляемой с 194О г. М.Н.Ахутиным, в апреле 1939 г. формируется в К у й б ы ш е в е такая же по своим задачам и структуре В о е н н о-м е д и ц и н с к а я а к а д е м и я (начальник Д.И.Шонин), а в июле 194О г. в Ленинграде -В о е н н о-м о р с к а я м е д и ц и н с к а я а к а д е м и я (начальник А.И.Иванов). Дополнительно к ним в 1939 г. были созданы в о е н н о-м е д и ц и н с к и е ф а к у л ь т е т ы при 2-м Московском, Саратовском и 1-м Харьковском мединститутах. Академии и факультеты обеспечивали ежегодно выпуск 145О военных, авиационных и военно-морских врачей. Для решения оборонных задач немаловажным была также работа 62 гражданских медвузов, где обучалось более 1О5 тыс. врачей запаса. При академиях и в военных округах продолжали действовать курсы усовершенствования как для медицинского состава кадра (9 мес.), так и запаса (3 мес.). Первичной специализацией войсковых врачей (2-4 мес.) занимались 12 ОКУМС. В самих войсках шла его планомерная боевая и специальная подготовка в соответствии с особыми программами и "Указаниями по подготовке санитарной службы в полевых условиях" (194О). Как и ранее, продолжал оставаться нерешенным вопрос целенаправленной подготовки специалистов руководящего состава. В дополнение в уже действовавшим Ленинградскому, Харьковскому и Кронштадскому в о е н н о-м е д и ц и н с к и м у ч и л и щ а м открывается Киевское. Подготовка санинструкторов обеспечивалась в 19 окружных и флотских годичных школах. В 194О г. все дело подготовки военных санитаров было передано Обществу Красного Креста. В сентябре того же года СУ РККА вновь становится полноправным распорядителем своих кадровых ресурсов. Общая укомплектованность медицинской службы на июнь 1941 г. составляла: врачами - 77%, зубными врачами - 74%, фармацевтами - 66,8% и фельдшерами - 1ОО% к штату мирного времени.
4.4. В Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.
С началом В е л и к о й О т е ч е с т в е н н о й в о й н ы с особой остротой встает проблема мобилизации наиболее опытного и дееспособного медицинского персонала в действующую армию для организации работы ее многочисленных военно-медицинских формирований. Накануне войны в запасе состояло всего 89 984 врача, в том числе 59 722 женщины,11 728 зубных врачей (1О 261 женщина),22 916 фармацевтов (18 799 женщин),68 593 фельдшера(59 744 женщины),3763 операционные сестры, 1О 952 представителей других категорий медицинского состава, а в целом - 2О7 936 человек (16О 179 женщин).Из этого числа было призвано в армию по мобилизации 45 610 врачей и 29 594 фельдшера. Для устранения некомплекта в медицинском составе мужского пола, особенно ощущавшегося в войсковом звене, проводятся досрочные выпуски 3989 слушателей старших курсов военно-медицински

Сообщение отредактировал БОРГЕЗЕ: 22 Август 2005 - 16:27

0

#10 Пользователь офлайн   БОРГЕЗЕ 

  • Постоянный участник
  • PipPipPip
  • Группа: ВРАЧ
  • Сообщений: 165
  • Регистрация: 04 Июль 05

Отправлено 17 Август 2005 - 22:02

ВОЕННЫЙ ВРАЧ И ЕГО МЕСТО В ИСТОРИИ.
Хотя лечение ран и переломов проводилось еще в самые ранние периоды человеческой истории, исходы тяжелых повреждений в те времена обычно бы-ли фатальными. Имеются, однако, редкие свидетельства того, что медицинское вмешательство иногда оказывалось эффективным и продлевало жизнь ранено-му. Можно предположить, что первобытный человек имел некоторые самые основные представления о лечении, которое, вероятно, все же было ближе к колдовству и магии, чем к подлинной медицине.
Открытие письменности ведет свое начало из Месопотамии с начала III тысячелетия до нашей эры. Вскоре искусство письменности было перенято египтянами. Вполне разумно предположить, что основные успехи в медицин-ской науке были достигнуты, вероятнее всего, лишь после того, как стало воз-можным записывать научные факты для их изучения последующими поколе-ниями. Поэтому практическая медицина, наверное, ведет свое происхождение из древних стран Ближнего Востока, причем Египет и Месопотамия являлись основными распространителями письменности и медицины в этом районе мира.
Самые старые медицинские тексты, известные в наше время, датируются концом III тысячелетия до н. э., но они могут быть и копиями еще более ранних текстов, не сохранившихся до наших дней. Медицинская практика, применяв-шаяся в Египте и Месопотамии, в сильней степени влияла на соседние Страны в последующие два Тысячелетия, но, в конце концов, была вытеснена системой врачеваний Гиппократа, возникшей в Греции. Хотя между Египтом и Месопо-тамией и происходил умеренный обмен медицинскими знаниями, эти два на-правления практической медицины оставались, в основном, независимыми друг от друга.
В Египте и Месопотамии врачи происходили из привилегированных классов. Будучи тесно связанными, с писцами и жрецами и, следовательно, имея образование, они могли читать медицинские тексты. Однако почти весь период истории фараонов врач в Египте оставался под контролем духовенства, поэтому медицинская Помощь оставалась очень консервативной: в основном использовались, хороши известные официальные средства древних авторите-тов. В Месопотамии, на- j против, врач находился под контролем короля, а не духовенства, и имел поэтому большую профессиональную свободу. Врачей из обеих этих стран часто посылали ко дворам дружественных иностранных пра-вителей для оказания медицинской помощи им или их приближенным.
Врач был членом королевского двора и нес ответственность за здоровье всех других представителей этого двора, включая военнослужащих и членов их семей. Он должен был сопровождать правителя в военных походах и находить-ся в непосредственной близости от полководца поле боя. При этом его особа считалась слишком ценной, чтобы подвергаться опасностям, находясь в аван-гарде армии. Хотя медицинское обслуживание в те времена могло считаться вполне адекватным для высокопоставленных военных, оно, вне всякого сомне-ния, было недостаточным для; большинства сражающихся войск, поскольку та-кое понятие, как военно-медицинское обеспечение, было абсолютно не извест-но полководцам, ведущим боевые действия.
Древние иудеи предписывали своим священнослужителям (левитам) служить в военное время Господу Сил. Они сопровождали войска и активно участвовали в оказании медицинской помощи на поле боя. При этом звания и должности военного врача священнослужители не имели. Они просто расширя-ли свои обычные для теократического государства обязанности, оказывая ме-дицинскую помощь членам военной конгрегации, независимо от их собствен-ного общественного положения в армии.


Медицина хеттов (II тысячелетие до н.э.) не была самостоятельной. В ос-нове ее лежали теоретические и практические аспекты врачевания, бытовавшие в Месопотамии. Удивительно, что даже в период осады Трои (около 1200 г. До н. э.) еще не было официально признанных врачей, приданных сражающимся войскам. Врачи, находившиеся на поле боя, были малочисленны, но высоко ценились за их профессиональное мастерство.
Такое неудовлетворительное положение дел имело место во всех странах Ближнего Востока все II тысячелетие до н. э., но в начале I тысячелетия статус врача в военное время начал изменяться в лучшую сторону. Постепенный рост могущества Ассирии создал внутри этого государства политические условия, идеальные для появления военного врача. Царь Ассирии был верховным ко-мандующим армии и нёс ответственность только перед главным ассирийским богом Асуром. Ассирийское государство управлялось по законам истинно во-енной теократии. Со времени царствования царя Тиглат-Пилезера III (745—727 гг., до н. э.) в государстве — поддерживалась постоянно существующая армия и по всей империи были учреждены многочисленные гарнизоны для укрепления военного влияния Ассирии в мире. Придворные врачи становятся высоко почи-таемыми должностными лицами, причем многие из них известны даже нам по именам. Они имеют прямой доступ к царю и не являются более гражданскими врачами. Их зачисляют в категорию военных врачей ассирийской армии; они отвечают за здоровье царя него приближенных, поддерживают боеготовность войск и наблюдают за состоянием здоровья своих военнослужащих и пленни-ков.
Передвижения большого числа людей в пределах границ империи требо-вали от медицинских властей введения строгих административных мер по об-щественному здравоохранению даже в мирное время, но применительно к ас-сирийской армии на поле боя эти меры не всегда были успешными. С VII сто-летию до н. э. военный врач полностью завоевал положение в ассирийской ар-мии, причем максимума влияния военные врачи достигли в период правления царей Эсархаддона и Ассурбанипала. Имеющиеся письменные памятники сви-детельствуют также о том, что ассирийцы считали врачей ценными военно-пленными.
Военный врач в Ассирии был прямым потомком гражданского врача, на-ходившегося на службе при дворе правителя Месопотамии. Это был продукт милитаризованного государства, и впервые в исторически обозримый период времени такое государство постоянно обеспечивало свою армию адекватной медицинской помощью. Хотя военные врачи в Ассирии были ценимы по их ис-тинным достоинствам и оказывали неоценимые услуги всему обществу, все же с полным упадком Ассирийского царства и гибелью Ниневеха V 612 г. до н. э. исчезновение их с военно-исторической сцены было абсолютным. Это обстоя-тельство не вызовет, вероятно, слишком большого удивления, если вспомнить, как сильно проклинали и боялись Ассирию и все, что ее символизировало, ее соседи. Нет никаких сомнений, что военные врачи исчезли вместе с полным уничтожением ненавистной ассирийской армии. В то же время была сожжена и уничтожена великолепная библиотека царя Ассурбанипала, содержавшая мно-гочисленные медицинские труды, очень полезные для военных врачей. В ре-зультате сильно пострадало медицинское образование _ вообще. Таким обра-зом, первое успешное появление военного врача на исторической сцене не име-ло устойчивого влияния на развитие военной медицины в последующей мировой истории.
Вакуум могущественной власти, возникший в результате упадка Асси-рии, вскоре был заполнен Вавилонским и Персидским царствами, появившими-ся на политической арене в последующие столетия, однако эти царства не по-следовали ассирийскому типу военного правления. Персидские цари вернулись к существовавшей в прежние времена системе, при которой гражданские врачи находились при дворе. Это были греческие врачи, и они принимали участие в военных действиях. Военные походы персов против Греции, хотя и были в ко-нечном итоге неудачными, обеспечили условия для дальнейшего распростране-ния влияния греческой медицины в странах Малой Азии.
Условия в древнем Египте оставались более или менее неизменными в течение многих столетий, и даже временное завоевание его ассирийцами мало, что изменило в консервативных взглядах египетских врачей. Но в период правления XXVI династии фараон Фароах Амазис (570—526 гг. до установил более тесные связи с греческими купцами, и е греческой медицины стало по-степенно распространяться все более интенсивно по всему Египту, о чем свидетельствует уподобление обожествленного Имхотепа греческому богу Асклепию (в греческой мифологии бог врачевания соответствует римскому Эскулапу). Древняя медицинская школа в Сэсе, игравшая важную роль в медицинской науке, в последние годы VI века до н. э. была значительно обновлена по прика-зу персидского царя-Дария I, который, несомненно, пользовался услугами гре-ческих врачей при своем дворе.
В период правления XXVI—XXX династий (570—333 гг. до н. э.) влия-ние греческой медицинской мысли на Египет оставалось очень сильным. Вслед за завоеванием Египта Александром Великим в 332 г. до н. э. и учреждением Александрии в качестве самого важного центра медицинского обучения прак-тикование медицины Гиппократа распространилось по всему древнему Ближ-нему Востоку. Сам Александр понимал необходимость создания эффективной медицинской службы для своих войск и, вероятно, был первым полководцем, сделавшим попытку организовать медицинское обеспечение офицеров и рядо-вых воинов действующей армии. К сожалению, после его смерти в 332 г. до н. э. врачи в эллинистическом мире еще раз были низведены до уровня относительно низкооплачиваемых специалистов и больше уже не считались опытны-ми военными врачами.
Появление на Западе Римской империи привело к созданию легионов. Поначалу медицинская помощь в этих войсках была минимальной: при-митивные терапевтические и хирургические меры солдаты легионов применя-ли в порядке само- и взаимопомощи. Однако после завоевания Египта и Греции римляне оказались под влиянием греческой цивилизации, и вскоре римлянина на поле боя стал сопровождать его личный врач. Первыми такими врачами бы-ли греки, не пользовавшиеся хорошей репутацией у римлян. К концу II Пунической войны (201 г. до н. э.) медицинского обеспечения в римской армии по-прежнему не было, однако вскоре это упущение было исправлено, и к I веку до н. э. в римских легионах появился официальный медицинский помощник пол-ководца «медикус» (исцеляющий), обеспечивающий оказание медицинской помощи легионерам.
Следующей попыткой обеспечения боеготовности легиона было созда-ние, «валетудинария» (определенного места для больных) в составе военного «каструма» (лагеря). Тем не менее, римское правительство не обеспечивало римские войска должным образом организованной 'медицинской службой или военными врачами. Врачи назначались индивидуально в каждый легион. В на-чале нашей Эры улучшающиеся условия военной службы привлекли к ней вра-чей, которые часто были в армии рабами или вольноотпущенными я обычно награждались за свою деятельность статусом римского гражданина. Кроме то-го, они были искусными врачевателями и вносили серьезный вклад в медицин-скую науку. Сами императоры также активно интересовались здоровьем и бла-гополучием своих войск.
Итак, военный врач снова появляется на сцене. Римский военный врач вел свое происхождение от греческих гражданских врачей, использовавших медицинские методы Гиппократа и первоначально придававшихся отдельным военачальникам на поле боя. Создание постоянных гарнизонов естественно требовало расширения медицинского обеспечения и
вело к увеличению числа подготовленных военных врачей, многие из которых были уже римлянами.
В период завоевания Британии в первые века нашей эры римским легио-нам оказывали помощь иностранные наемные войска, вербуемые из числа бри-танцев. Военные врачи, которые носили латинские имена, сражались в рядах завоевателей, но они могли быть завербованы из местных британских племен. К счастью для римских войск в Британии, они располагали определенной фи-нансовой независимостью от центрального правительства в Риме. Тем не менее, военный врач в Британии продолжал оставаться на относительно низком соци-альном уровне. Этот факт, вероятно, отражает недостаток денежных средств, необходимых, для того; чтобы привлечь в армию новобранцев, получивших со-ответствующую подготовку.
Без сомнения, практикующий в больших городах гражданский врач не избежал искушения получать большую плату и жить в лучших условиях. Рим-ский военный врач, конечно, не имел такого социального статуса и денежного вознаграждения, каким пользовался его предшественник в Ассирийском царст-ве, да и правительство Рима также не слишком высоко ценило его службу. Он занимал, по-видимому, положение скромного горожанина, принятого на служ-бу в армию в качестве опытного специалиста; Военный контроль Рима над большей частью территории Британия продолжался с I до IV век нашей эры; после выведения римских постоянных войск из Британии местные племена вернулись к варварству, и все следы римского военного врача исчезли. Этот факт; несомненно, отражает плохие условия военной службы и неспособность местных жителей содержать постоянный контингент войск в мирное время.
Хотя следы римского военного влияния все еще продолжали сохраняться и в годы правления англосаксов и норманнов, феодальные отношения в армии и рекрутский набор, появившиеся в годы царствования Альфреда Великого в IX веке, использовались и во времена норманнских королей в Англии. Военная же медицина пребывала в состоянии крайнего упадка. Врачей, зачастую совсем неумелых и неопытных, призывали на временную военную службу владельцы феодальных поместий, но обеспечение войск лечебными учреждениями факти-чески отсутствовало. Церковь пыталась каким-то образом облегчить участь по-страдавших, снабжая их лекарствами и обеспечивая уход, но служители церкви не могли справиться с большим числом раненых на поле боя.
В последующие столетия средневековья военная медицина оставалась на ужасающе низком уровне. Врачи, сопровождавшие в походах крестоносцев, были обычно настолько некомпетентными и неопытными в области тропиче-ских болезней, что их вынуждали сдавать экзамены, прежде чем позволить им заниматься медицинской практикой в Иерусалиме. Чума в Европе и Столетняя война между Францией и Англией в XIV веке привели к еще большему застою в области медицины: вместо истинно научных медицинских знаний процветали алхимия и черная магия,
С началом применения пороха в боевых действиях (XVI век) необходи-мость в компетентных военных врачах для лечения раненых становится еще более острой, однако только в 1645 г., наконец, были обеспечены подходящие условия для службы практикующих врачей в «английской парламентской ар-мии нового образца», организатором и главнокомандующим которой был Кромвель. Военные врачи (офицеры медицинской службы) придавались теперь этой постоянной армии на неограниченный срок и получали за свою службу соответствующее денежное вознаграждение.
В третий раз в истории человечества появляется на сцене профессиональ-ный военный врач. Для квалифицированных специалистов-медиков теперь представились возможности продвижения по службе, а их профессиональные заслуги вознаграждались. На основании вышесказанного Кромвеля можно счи-тать первым английским полководцем, который понял и оценил роль должным образом подготовленных военных врачей на поле боя. Постоянные вооружен-ные силы сохранялись в Англии вплоть до роспуска королем Карлом II, но и после этого оставался небольшой отряд регулярных войск для несения карауль-ной службы, "причем политическая и военная обстановка вскоре потребовали увеличения численности этого контингента.
К этому времени военный врач все еще оставался относительно маловаж-ным членом офицерского сообщества. Хотя лечение в то время базировались на передовых знаниях и заповедях Гиппократа, этот представитель военной меди-цины вел свое происхождение от регулярной армии Карла II, которая, в свою очередь, непосредственно происходила от армии Кромвеля. Полковой хирург обычно уже назначался, но, несмотря на это, на период военных действий по-прежнему призывались на военную службу квалифицированные гражданские хирурги, которые направлялись главным образом в крупные госпитали или на штабные должности.
Положение военного хирурга по сравнению с положением военного вра-ча, который часто имел лучшие условия службы и на должность которого на-значались гражданские врачи, оставалось неудовлетворительным до тех пор, пока в начале XIX века война в Испании не создала возможности для улучшения медицинского обеспечения войск и лучшие условия для врачей на поле боя. Это улучшение наступило благодаря усилиям сэра Джеймса Макгригора, который с успехом служил под командованием герцога Веллингтонского. Раз-ница между военным врачом и военным хирургом к этому времени начинает исчезать, так как оба эти представителя — офицеры медицинской службы пе-реходят под контроль военно-медицинского управления.
Тем не менее, вплоть до Крымской войны, военные врачи в войсках слу-жили в очень малом числе, что было обусловлено, прежде всего, малоприемле-мыми условиями оплаты их труда. Знаменательным было то, что Флоренс Най-тингейл и другим гражданским лицам в армии в Крыму в реорганизации и улучшении медсестринской службы и бытового обслуживания успешно помо-гали военные врачи. В результате резко снизилась смертность раненых, лече-ние которых до этого проводилось часто на чрезвычайно низком уровне.
Выводы, сделанные в 1856 г. официальным Особым комитетом, привели к улучшениям в области медицинской администрации, к созданию лучших ус-ловий службы для врачей и обеспечению войск необходимым медицинским снаряжением. Это были значительные достижения, Которые поддерживались и усовершенствовались вплоть до наших дней.
Из всего сказанного ясно видно, что в течение всей истории военный врач был продуктом любой политической системы, в которой правящая верхушка содержала постоянную армию. Если постоянной армии не было, прекращал свое существование и институт военных врачей. Когда же правительство было сильным и стремилось идти навстречу медицинским нуждам, военный врач процветал и обеспечивал превосходное медицинское обслуживание всем пред-ставителям общества, как гражданским, так и военным. Однако если не обеспе-чивалось должное вознаграждение и не выдерживались разумные сроки воен-ной службы, наиболее опытных представителей медицинской профессии такая служба не привлекала, а в результате страдало здоровье войск. История военно-медицинской службы позволяет вполне обоснованно предположить, что только централизованная медицинская служба способна обеспечить адекватное меди-цинское обслуживание для войск, а профессиональный статус военного врача отражает эффективность этой службы.
Интересно отметить, что офицеры медицинской службы в «новой» бри-танской армии должны были осуществлять надзор за выполнением таких нака-заний, как порка, и лично выжигать дезертирам клеймо на груди. В странах же древнего Ближнего Востока в глубокой древности все виды клеймения и нане-сения увечий были медикам строго запрещены, причем за любое нарушение этого закона налагались суровые наказания. Тем не менее, обе указанные фор-мы наказания налагались официальными лицами и в этих странах, но, например, при порке число ударов было значительно меньшим, чем при такого рода наказании в Британии. Любопытно, что в армии персов воинов гнали в бой уда-рами плетей, якобы для того, чтобы «придать смелости, воодушевить другая», однако победа далеко не всегда была следствием подобного воодушевления. Тяжелым наказаниям подвергались и римские воины, но не обязательно в при-сутствии врача. Поскольку общественное мнение в Англии было против подоб-ной жестокости, вышеупомянутые формы наказания в конце XIX века были уп-разднены, и надзор за их выполнением перестал быть частью официальных обязанностей военного врача.
0

#11 Пользователь офлайн   БОРГЕЗЕ 

  • Постоянный участник
  • PipPipPip
  • Группа: ВРАЧ
  • Сообщений: 165
  • Регистрация: 04 Июль 05

Отправлено 17 Август 2005 - 22:14

ВОЕННО-МЕДИЦИНСКАЯ АКАДЕМИЯ
Доктор медицинских наук П.Ф.ГЛАДКИХ,А.Е.ЛОКТЕВ,Я.В.МОСТОВЫЙ
Учебное пособие Санкт-Петербург. 1997 г.

РАЗВИТИЕ СИСТЕМЫ ЛЕЧЕБНО-ЭВАКУАЦИОННОГО
ОБЕСПЕЧЕНИЯ СУХОПУТНЫХ ВОЙСК

1. Конец XVII в. - XVIII в.

В связи с созданием в 30-х годах XYII в. сильной постоянной армии нового строя с выраженными чертами регулярства, находившейся на полном государственном обеспечении, зарождается государственная система ее медицинского обеспечения.
Наиболее ранней формой проявления государственной заботы о раненых и "увечных" воинах русского войска явилась практика откупа в виде выдачи им денег "на лечбу ран". На эти деньги раненые и заболевшие должны были искать самостоятельно помощи у вольнопрактикующих "знахарей", испокон веков сопровождавших войска на войне. Приютом раненым и увечным служили монастыри и больнички при них.
Во время русско-польской войны 1654 - 1667 гг. впервые за казенный счет оборудуется своеобразный военно-временный госпиталь. Создание постоянных госпиталей берет свое начало с указа Петра I от 25.05 1706 г. о строительстве "гофшпиталя за Яузой рекою" в счет средств Монастырского приказа. Первым же постоянным военным госпиталем стал С.-Петербургский сухопутный, учрежденный в 1710 г. Затем открываются адмиралтейские госпитали в С.-Петербурге (1715), Кронштадте и Ревеле (1720), Таврове (1724), Астрахани (1725) и др. Их штаты и организация работы определялись "Регламентом о госпиталях" (1722), а с 1735 г. - "Генеральным
регламентом о госпиталях ".
В первой четверти XYIII в. полковые "шпитали" становятся обязательной принадлежностью каждого регулярного полка, создаваемые в местах их постоянного расквартирования.
Медицинское обеспечение действующей армии до начала XIXв. характеризовалось преобладанием организации лечения раненых и больных "на месте", вблизи войск. Это обусловливалось относительной ограниченностью масштабов боевых действий, возникавших санитарных потерь, отсутствием системы подвоза к армии всевозможных припасов.
При выдвижении армии на "генеральное рандеву" (сражение), проходившее, как правило, на вражеской территории, тяжелораненые и больные оставлялись в пограничных госпиталях, а легкораненые перевозились за войсками в обозах. Генерал-штаб-доктор П.З.Кондоиди в 1739 г. впервые создал "походный" госпиталь на 6 тыс.чел., следовавший за войсками на 2 тыс.повозках.
В соответствии с "Уставом воинским" (1716) вынос тяжелораненых с поля боя запрещался. Легкораненые выходили из боя самостоятельно. Лишь по завершении сражения разрешалось "подобрать" тяжелораненых. Перевязочный пункт до 1798 г. не имел штатной организации. Именовался он не более как "местом, куда раненых приводить" и определялось в соответствии с "диспозицией" где-то в районе тяжелых обозов. Здесь же сосредоточивались медицинские чины, обозначавшие свое местопребывания кострами. В 1798 г. вышло "Положение об учреждении лазаретов при полевых полках".
С 1731 г. в каждой роте полагалось иметь по одной повозке "для больных при полках", кроме того использовались порожняк провиантского транспорта и повозки местного населения. В походе большая часть потерявших боеспособность воинов направлялась в "походный" госпиталь. В войнах второй половины XYIII в. постепенно устанавливается практика подвоза из тыла к действующей за пределами страны армии необходимых ей материальных средств и рекрутских партий. На путях подвоза стали оборудоваться размещавшиеся "цепочкой" полевые временные госпитали. Это предвосхитило по-
явление в начале XIX в. эвакуационной системы.
Все госпитали, в том числе и постоянные, находились в подчинении Комиссариатского департамента и управлялись смотрителями из генералов. Жестко действовал институт военных инспекторов, введенный в 1756 г

2. Первая половина XIX в.

Официально эвакуационная система берет свое начало с 1807г., когда вышло "Положение о порядке в учреждении при заграничных армиях госпиталей". В соответствии с ним предусматривалось устройство на путях подвоза действующей армии временных госпиталей трех типов: перволинейных, второлинейных и третьелинейных. Первые из них предназначались для задержки и лечения "весьма легких раненых", но не могущих перенести перевозку, вторые - для раненых и больных, подлежащих после более или менее продолжительного лече- ния возвращению в армию, третьи развертывались на территории России, вблизи ее границ, для "увечных" и больных, не подлежащих направлению в войска.
В 1812 г. эвакуационная система находит свое окончательное закрепление в "Положении для временных госпиталей при Большой действующей армии". В соответствии с ним предусматривалась организация
работы госпиталей трех разрядов: в составе действующих войск - развозных и подвижных временных госпиталей, в тылу армии - главных военно-временных госпиталей. Развозные госпитали были ближайшими к войскам и комплектовались из развозных фур (экипажей) для оказания раненым первой помощи на месте сражения и доставки их в подвижные временные госпитали. Последние развертывались по указанию главнокомандующего за центром и флангами армии, в несколько линий, примерно с теми же функциями, что и перволинейные и второлинейные госпитали 1807 г. Между линиями этих гос- питалей устраивались станции для смены лошадей, предоставления эвакуируемым в пути следования ночлега и отдыха. Главные военно-временные госпитали развертывались по указанию военного министра за последней линией подвижных временных госпиталей для лечения эвакуированных из армии "разного звания больных".
Все типы госпиталей военного времени были нештатными и формировались лишь в ходе войны за счет медицинских сил и средств полков и резервов.
Уход за госпитализированными осуществлялся личным составом
подвижных и инвалидных рот из расчета одна такая рота (197 чел.) на корпус. В целях детализации рассматриваемого документа уже в ходе О т е ч е с т в е н н о й в о й н ы 1812 г. главный медицинский инспектор по армии Я.В.Виллие утвердил "Положение о развозных и подвижных госпиталях армии".
Дальнейшее развитие эвакуационной системы связывают с появлением в составе полевой военно-медицинской службы штатных подвижных госпиталей, развертываемых на основе накапливаемых в мирное время неприкосновенных запасов медицинского имущества и резерва медицинских чинов.
В 1816 г. вводятся в действие "Положения для военных госпиталей и полковых лазаретов", содержавшие новые штаты постоянных госпиталей и лазаретов полков, а также вновь создававшихся корпусных (на 600 мест) и дивизионных (на 300 мест) госпиталей с "запасами" при них для формирования в военное время соответствующих подвижных военно-временных госпиталей. Однако в 1823 г. система дивизионных и корпусных госпиталей ликвидируется, а с 1828 г. вводится "Устав о непременных госпиталях".
В 1829 г. издаются "Правила об учреждении при действующей армии подвижных и временных госпиталей". Развозные госпитали упраздняются. В каждом стрелковом корпусе учреждается штатный подвижной госпиталь на 150 мест, выполнявший во время сражения функции главного перевязочного пункта. При главной квартире армии содержался резервный подвижной госпиталь для обеспечения отрядов
войск, выдвигавшихся на отдельные операционные направления. Кроме корпусных и резервных, продолжали оставаться временные госпитали, подразделяемые по своей емкости на 4 класса, соответственно на 150, 300, 600 и 1200 мест, и развертываемые, как и ранее, по "линиям". Между ними, вместо прежних станций, но с теми же функциями, оборудовались временные "этапные госпитали".
Руководство работой всех типов военных лечебных учреждений по Правилам 1829 г. поручалось коллективным органам-главным, армейским и корпусным госпитальным комитетам. Однако на основании "Положения о госпиталях в военное время" (1846), сохранившим основные положения Правил 1829 г., главный госпитальный комитет был ликвидирован.
Знаменательным стало издание в январе 1833 г. "Положения о кадрах военно-временных госпиталей", устанавливавшего впервые накопление при всех постоянных военных госпиталях в мирное время неприкосновенного запаса имущества и "лекарственных средств" для развертывания 40 военно-временных госпиталей (всего 15 тыс.мест) на 6 месяцев войны.
С такой организацией военно-госпитального дела вступила русская армия в К р ы м с к у ю в о й н у 1853 - 1856 гг. Как и ранее, розыск раненых на поле боя и их вынос проводились только по окончании боя или в период затишья в боевых действиях войск. Раненые доставлялись в развертываемые в войсковом тылу за счет полков передовые перевязочные пункты, главные перевязочные пункты и корпусные подвижные госпитали, где им оказывалась неотложная хирургическая помощь и накладывались разного рода повязки. Отсюда эвакуация шла во временные госпитали. При ближайших из них создавались нештатные "слабосильные команды".
Существенный вклад в организацию оказания раненым хирургической помощи в осажденном Севастополе внес Н.И.Пирогов, обладавший к тому времени авторитетом выдающегося хирурга, инициатора применения в военно-полевых условиях эфирного и хлороформного наркоза в 1847 г.На основе принципа "прежде всего действовать административно, а потом уже врачебно" он впервые вводит правила медицинской сортировки доставляемых на перевязочный пункт раненых; внедряет "сберегательный" метод лечения огнестрельных переломов костей конечностей, а также их транспортную иммобилизацию с применением "налепной алебастровой (гипсовой) повязки", труда сестер милосердия в полевых лечебных учреждениях, "рассеяние" доставляемых в тыл раненых по различным военным и гражданским лечебницам. Свой богатый опыт работы на войне Н.И.Пирогов обобщил в знаменитых "Началах общей военно-полевой хирургии" (1864, 1865 - 1866), став основоположником не только военно-полевой хирургии, но и санитарной тактики.

3. Вторая половина XIX в.

После отмены крепостного права в России в 1861 г. и проведения ряда военных реформ сложились благоприятные условия для совершенствования принципов, форм и способов медицинского обеспечения войск в военное время, а также штатной структуры медицинской службы.
В соответствии с "Положением о врачебных заведениях на военное время" (1869) и "Положением о носильщиках" (1877) на поле боя должны были действовать полковые (батальонные) носильщики (из расчета 6 чел. на роту) совместно с дивизионными носильщиками.
Предусматривалось развертывание трех типов перевязочных пунктов: передовых, задних и главных. Первые два развертывались за счет сил и средств войсковых лазаретов. Главный перевязочный пункт оборудовался средствами одного или нескольких дивизионных подвижных лазаретов в составе двух отделений всего на 166 мест. При нем состояли штатные грузовой и санитарный транспорт и рота носильщиков (209 чел.). Его работой руководил лично дивизионный врач. За главными перевязочными пунктами по распоряжению главнокомандующего развертывались линиями ставшие штатными военно-временные госпитали, каждый из которых состоял из трех самостоятельных отделений по 210 мест.
С учетом опыта франко-прусской войны 1870 - 1871 гг., на театре которой в качестве представителя Российского общества по печения о раненых и больных воинах (создано в 1867 г.) побывал
Н.И.Пирогов - автор "Отчета о посещении военно-санитарных учреждений в Германии, Лотарингии и Эльзасе в 1870 - 1871 гг." (1872), а также развернувшегося на территории России активного строительства железных дорог, было принято решение об использовании в целях массовой медицинской эвакуации железнодорожного транспорта. В 1876 г. впервые вводятся в действие "Положение о военно-санитарных поездах" и их типовой штат.
Резкое возрастание масштабов боевых действий в войнах эпохи капитализма вызвало необходимость разработки важнейших принципов международного права. В итоге этот процесс вылился в принятие в 1864 г. подавляющим числом крупнейших государств Ж е н е в с к и х к о н в е н ц и й. В октябре 1867 г. вышел приказ военного министра, оповещавший русское воинство "о приступлении России" к этой конвенции. С данного момента каждый офицер и солдат русской армии знал, что война ведется только против армий противника и военные действия недопустимы против мирного населения, ра-
неных, больных и военнопленных, а также исполняющего свой гуманный долг медицинского персонала противостоящей стороны. С 1868 г.
стало обязательным нанесение "нейтрального знака" - Красного Креста на белом фоне - на санитарный транспорт, ношение нарукавной повязки с этим знаком всеми нижними чинами медицинской службы и персоналом общественных медицинских организаций. В 1874 г. по инициативе России в Брюсселе принимается проект Декларации о законах и обычаях войны. Началась эра официально узаконенных тесного взаимодействия в военное время военного и гражданского здравоохранения, широкого участия "частной помощи" в лечении раненых и больных воинов как в действующих армиях, так и в тылу страны.
После Крымской войны уже в ходе р у с с к о-т у р е ц к о й в о й н ы 1877 - 1878 гг. впервые было предоставлено такой частной помощи широкое поле деятельности одновременно с работой штатных формирований медицинской службы русской армии и независимо от нее.

4. Русско-турецкая война 1877-1878 гг.

В основу медицинского обеспечения боевых действий русской армии в этой войне был положен принцип массовой эвакуации раненых и больных за переделы театра военных действий через цепочку военно-временных госпиталей с использованием гужевого, железнодорожного и, частично, речного и морского транспортов. На догоспитальном этапе, через главные перевязочные пункты дивизий Ду найской армии прошло в целом 35 453 раненых, из которых были опе-
рированы 7067 (1,1%), возвращены в строй - 1848 (5,2%), умерли - 1267 (3,5%). Через военно-временные госпитали в Болгарии и Румынии проследовало в тыл страны 222 156 раненых и больных, из них 30 178 (13%) умерли.
В железнодорожной эвакуации приняли участие 30 военно-санитарных поездов,в том числе 19 - на территории России. Она была организована в соответствии с циркуляром Главного штаба N 352, 1877 г. "О перевозке раненых по железным дорогам", а также "Инструкции для эвакуации больных и раненых из района действующей армии во внутренние районы Империи" (1877). С весны 1878 г. открывается эвакуация по Дунаю, Средиземному и Черному морям. Все распоряжения по эвакуации исходили на театре военных действий от инспектора госпиталей (не врач), а за его пределами - от Главного штаба и приводились в исполнение впервые созданными эвакуационными комиссиями. Достигнув России, раненые и больные "рассеивались" по многочисленным лечебным учреждениям военного и гражданского ведомств, Общества попечения о раненых и больных воинах и частных лиц.
Опыт организации оказания медицинской помощи раненым и больным в этой войне был обобщен прежде всего в капитальном труде Н.И.Пирогова, пребывавшим на театре военных действий в Болгарии, "Военно-врачебное дело и частная помощь на театре войны в Болгарии и в тылу действующей армии в 1877-1878 гг." (1879) и в впервые составленном Главным военно-медицинским управлением (ГВМУ) "Военно-медицинском отчете за войну с Турцией 1877 - 1878 гг." (1884, 1885).

5. Межвоенный период (1879-1904 гг.)

Последующее развитие капитализма в России, совершенствование средств ведения войны и военного дела, достижения медицинской науки и практики способствовали внесению ряда коррективов в организацию лечебно-эвакуационного обеспечения войск русской армии. Во второй половине XIX в. появляется понятие "санитарная тактика",а в начале XX в., благодаря усилиям В.В.Заглухинского, П.П.Потираловского и П.И.Тимофеевского, она стала оформляться в новую отрасль военной медицины.
Согласно новому "Положению о военно-врачебных заведениях на военное время" (1887), все они подразделялись на войсковые (полковые, дивизионные лазареты; полевые госпитали, приданные дивизиям) и подчиненные органам полевого управления (полевые подвижные госпитали, не приданные дивизиям; полевые запасные, крепостные временные госпитали, военно-санитарные транспорты и полутранспорты, эвакуационные комиссии, полевые аптеки, временные аптечные магазины и др.).
В бою полковой лазарет обеспечивал работу под руководством старшего врача полка передового перевязочного пункта, где оказывалась "первоначальная" медицинская помощь.
Дивизионный лазарет, возглавлявшийся дивизионным врачом, развертывал главный перевязочный пункт, где обеспечивались прием, медицинская сортировка раненых, проведение неотложных операций и наложение повязок. Силами штатной роты носильщиков оказывалось содействие в работе полковых носильщиков. Их общее число в дивизии с 584 чел. увеличивается до 712 чел., а организация их деятельности стала регламентироваться новым "Положением о носильщиках" (1893).
Вместо прежних громоздких военно-временных госпиталей на 630 мест на каждую дивизию учреждалось по 8 полевых госпиталей (4 подвижных и 4 запасных) каждый на 210 мест, способных разделяться на два самостоятельных отделения. Причем вместо прежних двух дивизионных лазаретов полагалось иметь два полевых госпиталя, подчиненных полевому инспектору госпиталей. Первые из них, будучи в составе полевых эвакуационных комиссий, должны были "неотступно" следовать за войсками, а затем, развернувшись в 30 - 50 км от линии фронта, принимать раненых из главных перевязочных пунктов и полевых госпиталей, приданных дивизии. Запасные госпитали входили в состав как полевых, так и тыловых эвакуационных комиссий. При них предусматривалось формирование "слабосильных команд" на 50 - 200 чел. В составе тыловых эвакуационных комиссий могли создаваться сводные (на 420 - 630 мест) госпитали за счет объединения двух - трех запасных госпиталей.
Транспортировка раненых и больных от главного перевязочного пункта до полевого и запасного госпиталей, а из них до станции погрузки в военно-санитарные поезда осуществлялась средствами штатных конных военно-санитарных транспортов на 200 мест и полутранспортов на 100 мест, в штате которых имелся и медицинский персонал. За пределами действующей армии эвакуация продолжалась по железной дороге военно-санитарными поездами (каждый емкостью 250 мест), временное положение о которых было введено в действие в феврале 1904 г. Часть их приписывалась к тыловым эвакуационным
комиссиям и находилась в распоряжении полевого инспектора госпиталей, другая часть оставалась в ведении Управления военных сообщений Главного штаба.
В ноябре 1890 г. издается новое "Положение об эвакуации больных и раненых". В соответствии с ним театр военных действий разделялся на полевой и тыловой эвакуационные районы. Территория страны составляла внутренний эвакуационный район. В пределах каждого из них действовали соотвественно полевые, тыловые и внутренние эвакуационные комиссии. При первых двух требовалось оборудовать сборные пункты. К эвакуационным пунктам, как указывалось выше, приписывались часть полевых подвижных госпиталей и запасные госпитали, а также военно-санитарные поезда. Эва- куацией занимались не медики: в пределах действующей армии - полевой инспектор госпиталей, а за ее пределами - Главный штаб.
В мае 1893 г. в дополнение к Положению вводится в действие "Инструкция для сортировки больных и раненых", требовавшая осуществлять эвакуацию с учетом тяжести заболевания и ранения, а также предполагаемого срока выздоровления эвакуируемых. Во внутренние районы страны подлежали вывозу тяжелораненые и больные, не пригодные в ближайшей перспективе к военной службе. В 1900 г. взамен действовавшей с 1877 г. номенклатуры заболеваний и боевых поражений на военное время вводится новая.
Особая разрушительность войн эпохи капитализма побудила про- тивоборствующие стороны продолжить начатую в 60-х годах XIX в. разработку важнейших принципов международного права на войне.
Вслед за созданием в 1878 г. Международного комитета Красного Креста Российское общество попечения о раненых и больных воинах преобразуется в 1879 г. в Российское общество Красного Креста (РОКК). На международной конференции в Гааге (1899) принимаются "Конвенция о законах и обычаях сухопутной войны", а также Конвенция о применении принципов Женевской конвенции в морской войне. В 1906 г., по завершении русско-японской войны 1904 - 1905 гг., состоялся пересмотр Женевской конвенции 1864 г. В нее включается ряд новых положений, обеспечивавших более полную международ-
но-правовую защиту раненых и больных.

6. Русско-японская война 1904-1905 гг.

Р у с с к о-я п о н с к а я война 1904 - 1905 гг. была первой при вступлении России на империалистический путь развития.
Ее в целом неудачный для русских войск отступательно-оборонительный характер наложил отпечаток на организацию их лечебно-эвакуационного обеспечения, где по-прежнему сохранялась многоведомственность и отсутствовало единоначалие. На базе мобилизационных запасов была обеспечена работа на театре военных действий 114 полевых подвижных, 180 запасных и 4 крепостных госпиталей общей емкостью 65 355 мест. Дополнительно к ним работали формирования РОКК в виде летучих отрядов, лазаретов, специализированных госпиталей.
Санитарные потери русской армии составили 557 854 чел., в том числе ранеными - 151 944 (27,3%), из которых 51 095 чел. или 33,6% были тяжелоранеными.В 81,6% преобладали пулевые ранения.
С началом боя, укрываясь от пуль и осколков, приступали к работе полковые и дивизионные носильщики. Им помогали полковые музыканты. При сильном вражеском огне сбор тяжелораненых откладывался до наступления темноты. Раненые, сохранившие способность к передвижению, сосредоточивались на поле боя в укрытиях, образуя своеобразные "гнезда". Передовые перевязочные пункты чаще всего не развертывались, их функции выполняли полевые околодки и лазареты. Здесь медицинская помощь была оказана 74% всех раненых, остальные, минуя этот передовой этап эвакуации, поступали в главные перевязочные пункты. Хирургическая активность в них была не высокой и колебалась от 1,7 до 4,2% всех поступивших раненых. Два приданных дивизии полевые подвижные госпитали часто оказывались свернутыми на значительном удалении от войск или работал лишь один из них. Нередко раненые доставлялись с главных перевязочных пунктов прямо в санитарные поезда. В корпусах полевые подвижные госпитали развертывались на грунтовых путях эвакуации цепочкой, в затылок и в 10 верстах друг от друга .
Для железнодорожной эвакуации в пределах театра военных действий использовались 34 приписанных к сборным пунктам военно-санитарных поезда постоянного типа. Кроме них, практиковалось формирование временных (сборных) санитарных поездов. 46 постоянных военно-санитарных поездов были заняты эвакуацией раненых и больных из лечебных учреждений Сибирского военного округа в центральные губернии.
Общий итог лечебно-эвакуационной деятельности, ставший известным лишь с началом первой мировой войны по санитарно-статистическому очерку "Война с Японией 1904 - 1905 гг." (1914), не отличался высокими показателями. Из 132 322 раненых, направленных в лечебные учреждения, выздоровели и возвратились в строй 75 706 чел. (57,2%), умерли 5 502 (4,2%). Из 405 910 поступивших на лечение больных выздоровели и возвратились в строй 254 621 чел. (62,7%), умерли 10 462 (2,6%), признаны инвалидами и уволены из армии 20 108 (5,0%), эвакуированы в лечебные учреждения тыла страны 104 359 (25,7%). 0,2% раненых и 4% больных остались в лечебных учреждениях Дальнего Востока на долечивании.

6. Межвоенный период (1905-1914 гг.)

Сразу же после русско-японской войны была создана комиссия под председательством генерал-майора Д.П.Зуева, результатом работы которой стали новые, введенные на 12 день первой мировой войны "Положение о военно-санитарных учреждениях военного времени" и на 4 день - "Временное положение об эвакуации больных и раненых".
В соответствии с первым из этих документов сохранялись войсковые лазареты, обеспечивавшие развертывание в бою передового перевязочного пункта с прежними функциями. Вместо дивизионного лазарета вводился перевязочный отряд, который развертывал тот же главный перевязочный пункт. Перевязочный отряд, включая два отделения, мог разделяться на две самостоятельные части. Как и ранее, при отряде состояли рота носильщиков (200 чел.) и специальный санитарный обоз для перевозки раненых и больных. Дивизионный врач впервые освобождался от обязанностей лично руководить работой
главного перевязочного пункта и дивизионных лазаретов, что возлагалось на специально введенного в штат главного врача перевязочного отряда. Таким образом дивизионный врач получил возможность всецело посвятить себя руководству работой всех медицинских средств соединения.
Взамен полевых подвижных госпиталей, приданных дивизии, воссоздавались дивизионные лазареты (по два на дивизию и одному на отдельную бригаду) каждый на 210 мест. В числе лечебных учреждений военного времени сохранялись бывшие полевые подвижные (по 2 на дивизию) и запасные (по 4 на дивизию) госпитали каждый на 200 - 210 мест. Первые из них развертывались в составе головных, а вторые - тыловых эвакуационных пунктов. Сохранялась практика развертывания в крепостях, дополнительно к постоянному, временного крепостного госпиталя. Действовавшие ранее в тылу страны на распределительных и окружных эвакуационных пунктах полевые запасные и сводные госпитали стали именоваться,соответственно,эвакуационными и сводными эвакуационными госпиталями. В составе транспортных средств оставались прежние временные и постоянные конные военно-санитарные транспорты и полутранспорты. Однако впервые во главе постоянного транспорта вместо строевого офицера был поставлен его старший врач.
На основании "Временного положения об эвакуации больных и раненых" вся эвакуационная территория разделялась на эвакуационные районы действующих частных армий, передовые эвакуационные районы фронтов и внутренний эвакуационный район страны. Общее руководство эвакуацией раненых и больных возлагалось на главного начальника санитарной части армий фронтов (не врач), а во внутреннем эвакуационном районе - на начальника эвакуационного управле- ния Главного управления Генерального штаба (ГУГШ). Организацией эвакуацией в эвакуационном районе отдельных армий занимался эвакуационный отдел управления главного начальника санитарной части армий фронта, в передовых эвакуационных районах - головные (сборные) - один на армию - и тыловые эвакуационные пункты, заменившие прежние эвакуационные комиссии; во внутреннем районе - распределительные и окружные эвакуационные пункты. В губерниях, по которым рассеивались "увечные воины", должны были действовать "губернские попечительные о раненых и больных воинах комитеты".
В дополнение к рассмотренным положениям в июле 1914 г. вышла "Инструкция для сортировки раненых и больных и перевозки их в военно-санитарных поездах". С помощью последних эвакуация осуществлялась, начиная с головных эвакуационных пунктов. В соответствии с новым "Положением о военно-санитарных поездах" (1912) сохранялось их разделение на постоянные и временные, а по составу и месту обращения - на полевые и тыловые. Важным новшеством явилось упразднение должности коменданта этого поезда и возложение его обязанностей на старшего врача.
Основной недостаток Временного положения об эвакуации больных и раненых, как и ранее, состоял в том, что оно основывалось на сосредоточении важнейших административно-медицинских функций в руках строевых офицеров, официально закрепляло распыление казалось бы единого процесса эвакуации и лечения раненых и больных по различным ведомствам. И действительно, помимо сил и средств военного ведомства предусматривалась деятельность как на театре войны, так и в тылу страны многочисленных медико-санитарных и транспортных формирований РОКК, а также Всероссийских Союза городов и Земского союза.

7. Первая мировая война 1914-1917 гг.

Фактическая организация лечебно-эвакуационного обеспечения боевых действий войск русской армии в п е р в о й м и р о в о й в о й н е 1914-1917 гг. имела целый ряд отличительных особенностей.
Санитарные потери действующих фронтов были, как никогда, огромными и более сложными по своей структуре. Их общий размер, по неполным данным (ввиду существенных изъянов в организации учета потерь), составил 9 366 553 чел., в том числе 3 795 449 ранеными и пораженными "удушливыми газами" и 5 571 104 больными. Из них во внутренний район страны эвакуируются 2 474 935 раненых и газоотравленных и 1 477 940 больных, из которых 61% были легкоранеными Последнее обстоятельство явилось следствием порочной доктрины, основанной на принципе "эвакуации во что бы то ни стало", извоза отработанного на войне человеческого материала в тыл вне связи его с лечебным процессом.
Первым, кто открыто возразил против подобной практики был хирург-консультант ряда фронтов профессор Военно-медицинской академии В.А.Оппель. В статье "Основания сортировки раненых с лечебной точки зрения на театре военных действий", опубликованной в октябрьском номере за 1915 г. "Военно-медицинского журнала" (но, отнюдь, не в 1916 г. и, тем более, в 1917 г., как это утверждается в ряде энциклопедических изданий), он выдвигает принцип этапного лечения раненых в ходе их эвакуации. В последующих своих
публикациях, увидевших свет в 1916 - 1917 гг., В.А.Оппель развивает и последовательно отстаивает этот принцип. К сожалению, претворить его в жизнь удалось в какой-то мере лишь на тех фронтах, где автор этой новой доктрины непосредственно руководил организацией оказания раненым хирургической помощи. Только на завершающем этапе войны она была положена в основу "Инструкции по организации хирургической помощи раненым на фронте", разработанной другим видным русским хирургом академиком Н.А.Вельяминовым.
Во время рассматриваемой войны, благодаря введению по инициативе последнего института фронтовых хирургов-консультантов, были сделаны очередные шаги в организации оказания раненым и больным воинам специализированной медицинской помощи, в основном за счет сил и средств РОКК и других общественных организаций, и на этой основе - в профилизации и специализации госпиталей. Включением в августе 1916 г. в штат перевязочных отрядов дивизий зубоврачебных кабинетов этот вид помощи впервые приближается к войскам. Военные медики были вынуждены принять непосредственное участие в разработке и применении различных методов защиты личного состава войск от боевых отравляющих веществ и лечения "газоотравленных". В этой войне также впервые был использован для нужд медицинской службы автомобильный транспорт: появляются авторентгеновские установки, разной модификации санитарные автомобили, формируются "автосани-
тарные колонны" и отряды. Общие итоги лечебно-эвакуационного обеспечения войск русской
армии в первой мировой войне характеризовались по отношению к раненым возвращением в строй не более 50% их суммарного числа, при уровне смертности в 11,5% и инвалидности в более чем 20%. В германской и французской армиях возвращаемость в строй раненых достигала, соответственно, 76% и 75 - 82%.

8. Гражданская война и военная интервенция 1918-1920 гг.

После О к т я б р ь с к о й р е в о л ю ц и и 1917 г. и с началом развала прежней русской армии стала разрушаться и ее военно-медицинская организация. Однако в феврале 1918 г. ввиду нарастания германской интервенции было принято решение о приостановке расформирования военно-лечебных и общественных медико-санитарных учреждений. Вместе с тем расширение масштабов г р а ж д а н с к о й в о й н ы и в о е н н о й и н т е р в е н ц и и, начавшееся в этой связи спешное создание на добровольных началах новой, Красной Армии сопровождалось на первых порах формированием в ее составе разношерстных медицинских подразделений и учреждений типа передовых и тыловых железнодорожных "летучих санитарных отрядов". Там же, где во главе медицинской службы оказывались военные врачи с опытом первой мировой войны,а также имелись соответствующие материально-кадровые ресурсы, этот процесс проходил более организованно, с использованием ранее действовавших, носокращенных штатов. Архивные источники свидетельствуют, что уже в апреле 1918 г., а не в ноябре того же года, как утверждают авторы "Очерков истории советской военной медицины" (1968), были сделаны первые шаги в переходе медицинской службы Красной Армии на единые штаты. Однако более планомерный характер он приобрел при строительстве этой армии на основе обязательной военной службы. Санитарные потери Красной Армии в 1918-1920 гг. составили 4 млн 322 тыс. 241 чел., в том числе 536 725 ранеными и 3 785 516 больными (при безвозвратных потерях в 701 847 чел.).
В мае 1918 г. Главное военно-санитарное управление (ГВСУ), в состав которого был впервые передан из Высшего военного совета эвакуационный отдел, назначило комиссию для разработки Положения об эвакуации. В результате уже в сентябре Народной комиссариат по военным делам (Наркомвоен) утвердил "Временную инструкцию учреждениям и заведениям, ведающим эвакуацией", а в октябре - "Временную инструкцию по эвакуации больных и раненых от боевой линии до головного эвакуационного пункта".
В соответствии с ними руководство эвакуацией раненых и больных на театре военных действий впервые сосредоточивалось в эвакуационных отделах управлений начальников санитарной части фронтов, а в пределах каждой армии - в одноименных отделах начальников санитарной службы армии под общим управлением начальника санитарной службы фронта. Общее же руководство эвакуацией и на театре военных действий и в тылу страны осуществлялось эвакуационным отделом ГВСУ. При нем действовало межведомственное Главное эвакуационное совещание, а при эвакуационных отделах и эвакуационных пунктах всех наименований - армейские, головные, окружные и пунктовые эвакуационные совещания, разрабатывавшие планы эвакуации. Все вневойсковые лечебные учреждения и эвакотранспортные средства придавались или приписывались к определенному эвакуационному пункту (армейскому, головному, вспомогательному, районному, местному). Таким образом, медицинская служба впервые становится полновластным руководителем всего целостного лечено-эвакуационного процесса, что создавало реальные предпосылки для реализации на деле принципа этапного лечения эвакуируемых.
На театре военных действий в общей схеме эвакуации пре- дусматривалось развертывание вспомогательного батальонного, полкового, бригадного перевязочных пунктов, дивизионного лазарета и подвижного госпиталя; госпиталей армейского, фронтового, вспомогательного и местного эвакуационных пунктов.
Транспортировка эвакуируемых велась от полковых перевязочных пунктов до госпиталей армейского эвакуационного пункта и между госпиталями на конном, реже автомобильном санитарном транспорте и транспортом подвоза, а далее - временными и постоянными военно-санитарными поездами (ВВСП и ПВСП). Очередной временный штат военно-санитарного поезда и положение о нем были утверждены Наркомвоен в июле 1918 г. На октябрь этого же года к эвакуационным пунктам приписывается 202 военно-санитарных поезда. Годом позже утверждаются "Положение о фронтовой санлетучке" и "Положение об
армейском санитарно-автомобильном отряде".
В мае 1918 г. вышло постановление Совета Народных Комиссаров (СНК) "О признании Женевских и других международных конвенций, касающихся Общества Красного Креста", а в октябре издается приказ Революционного Военного Совета Республики (РВСР) об обязательном пользовании всеми военно-санитарными учреждениями и персоналом флагами и нарукавными повязками Красного Креста.
В период завершения создания регулярной Красной Армии, в декабре 1919 г. приказом РВСР N 2314 вводится в действие "Схема эвакуации больных и раненых от боевой линии до фронтового распределителя", окончательно закреплявшая установившуюся в ходе гражданской войны и военной интервенции систему лечебно-эвакуационного обеспечения войск Красной Армии. В соответствии с ней на каждом эвакуационном направлении и в зоне эвакуации должны бы ли действовать дивизионный, армейский и фронтовой распределите- ли-заградители. Каждый из них, надлежащим образом оборудованный и оснащенный, обязан был принять раненых и больных, осуществить их медицинскую сортировку, оказать требуемую квалифицированную и специализированную медицинскую помощь, оставив для стационарного лечения на месте в районах армейского и фронтового распределителей-заградителей максимально возможное число раненых и особенно инфекционных больных при минимальной их эвакуации в голодавшие и охваченные эпидемиями промышленные центры России. Существенную помощь медицинской службе в лечении раненых и больных воинов оказал созданный в октябре 1919 г В с е р о с с и й с к и й к о м и т е т п о м о щ и р а н е н ы м и б о л ь н ы м к р а с н о а р м е й ц а м, а также его многочисленные регионарные организации.

Сообщение отредактировал БОРГЕЗЕ: 18 Август 2005 - 23:57

0

#12 Пользователь офлайн   БОРГЕЗЕ 

  • Постоянный участник
  • PipPipPip
  • Группа: ВРАЧ
  • Сообщений: 165
  • Регистрация: 04 Июль 05

Отправлено 17 Август 2005 - 22:24

Вот окончание предедущей темы:


9. Межвоенный период (1921-1941 гг.)

По окончании гражданской войны и военной интервенции ин- тенсивность военно-медицинского строительства резко снижается в связи с необходимостью срочного решения комплекса задач мирного времени. Вместе с тем налаживается работа по обобщению организационного опыта лечебно-эвакуационного обеспечения войск. В январе 1925 г. эта проблема была обсуждена на Центральном военно-санитарном совещании по докладу Б.К.Леонардова "Положение о полевом управлении войск и о военных дорогах". Основные же требования по организации медицинского обеспечения войск в военное время содержались в общевойсковых уставах "Боевая служба пехоты" (1924),
"Временный полевой устав Красной Армии" (1925), "Боевой устав пехоты" (1927). Наконец в июле 1929 г. приказом РВС СССР и НКЗ N 161 было введено в действие "Руководство по санитарной эвакуации в РККА". В нем впервые официально провозглашался в качестве обязательного принцип этапного лечения раненых и больных, в основу которого были положены своевременность, непрерывность, последовательность и преемственность оказываемой им лечебной помощи, организация их эвакуации по принципу "на себя", заблаговременное планирование лечебно-эвакуационного процесса при соответствующей осведомленности руководителей в "оперативных предположениях командования и о ходе боевых действий" и др. Руководство закрепляло существование практиковавшегося и ранее "дренажного типа" медицинской эвакуации, эвакуации "по направлению", при которой регламентировалось прохождение эвакуируемых по всей цепочке развернутых в затылок друг другу этапов медицинской эвакуации.
Предусматривавшаяся Руководством схема лечебно-эвакуационно го обеспечения войск включала на театре военных действий: ротный пост медицинской помощи (РПМ), развертываемый санитарным отделением во главе с санинструктором, в батальоне - добавочный пункт медицинской помощи (ДПМ),в полку-передовой (полковой) пункт медицинской помощи (ППМ) во главе с врачом, в дивизии - главный пункт медицинской помощи (ГПМ) со стационаром на 60 коек, а по необходимости и вспомогательный пункт медицинской помощи (ВПМ), развертываемые перевязочным отрядом дивизии; полевой подвижной госпиталь дивизии на 200 мест; в стрелковом корпусе - два корпусных подвижных госпиталя каждый по 200 мест; в армии - при распределительной станции полевой эвакуационный пункт (ПЭП), выдвигавший вперед на грунтовый участок эваконаправления свое нештатное головное отделение (ГОПЭП); во фронте - при станции снабжения фронтовой эвакуационный пункт (ФЭП). Во внутреннем районе страны при узловых станциях устраивались распределительные и местные эвакуа- ционные пункты (РЭП и МЭП). Отмечалось рассредоточение полевых подвижных и эвакуационных (неподвижных) госпиталей между дивизиями, корпусами и армиями, отсутствие в последних инфекционных госпиталей, преобладание конных санитарно-транспортных средств, сосредоточенных в эвакуационных отрядах дивизий и армий, а также в армейских военно-санитарных транспортах. Начиная с ПЭП, действовали ВВСП, военно-санитарные автомобильные отряды, а с ФЭП - ПВСП. По мере роста экономической и военной мощи страны, развития военной и военно-медицинской науки, накопления боевого опыта в ходе локальных военных столкновений в систему лечебно-эвакуационного обеспечения войск Красной Армии вносились существенные коррективы.
В мае 1932 г. была завершена переработка медицинских разделов всех уставов и наставлений военного времени, взамен действовавшей с 1928 г. принимается новая номенклатура боевых поражений и заболеваний. В ноябре 1933 г. приказом РВС СССР N 178 Руководство 1929 г. заменяется "Уставом военно-санитарной службы РККА (войсковой район)"). В нем принцип этапного лечения впервые дополняется весьма существенным требованием - эвакуации по назначению. В числе этапов медицинской эвакуации в войсковом районе были: батальонный пункт медпомощи (БПМ), полковой пункт медпомощи (ППМ), на которых работали врачи; дивизионный пункт медпомощи (ДПМ), развертываемый, как и ранее перевязочным отрядом дивизии, дивизионный госпиталь (ДГ) и пункт сбора легкораненых (ПСЛ). Корпусные полевые подвижные госпитали ликвидировались.
Следует признать, что наличие в соединении ДГ, развертывание ПСЛ вне ДПМ (в районе дивизионного обменного пункта), а также провозглашение эвакуации по назначению, начиная с БПМ, не имели под собой достаточных оснований. Не исключено, что данное обстоятельство послужило одной из причин образования в декабре 1935 г. на базе имевшихся в дивизии перевязочного, эвакуационного и эпидемического отрядов отдельного медико-санитарного батальона (ОМСБ). В комплект армейских медицинских средств включаются: армейские полевые госпитали (АПГ), автохирургические отряды (АХО), группы медицинского усиления, автосанитарные взводы (АСВ) и роты (АСР), отряды и эскадрильи санитарной авиации. В штат управления ПЭП вводится штатное ГОПЭП. С учетов этих серьезных организационно-штатных коррективов был разработан в 1938 г. проект "Устава полевой санитарной службы РККА".
Свою проверку постепенно обновлявшаяся медицинская служба Красной Армии прошла в рассматриваемом периоде в ходе локальных боевых столкновений у озера Хасан (1938), на реке Халхин-Гол (1939) и в с о в е т с к о-ф и н л я н д с к о й в о й н е 1939-1940 гг. Наиболее масштабным из них была последняя, ибо представляла собой фронтовую наступательную операцию в особо трудных условиях зимы Северо-Западного театра военных действий .
Санитарные потери войск Красной Армии составили 264 908 чел., или 17% общей численности Северо-Западного фронта. Раненые составляли 75,4%, контуженные - 4,59%, обожженные - 0,79%, обмороженные - 8,13% и больные - 11,09%. В 67,45% преобладали пулевые ранения, а по локализации в 32,8% и 31,4% - ранения нижних и верхних конечностей. Вынос тяжелораненых с поля боя осуществлялся непрерывно, под огнем противника. Первую медицинскую помощь раненые получили от ротных санитаров и санинструкторов в 39,2%, от фельдшеров - в 4,2% и врачей батальонов - в 7,4%. В 17,1% и 27,5% она оказывалась в порядке само- и взаимопомощи. Сроки доставки тяжелораненых в БПМ до 58% их общего числа не превышали часа с момента ранения, 24% - после 2 - 3 часов и 18% - более 3 часов. Весьма значительные потери нес и медицинский состав. В ротном звене они достигали 175%, в батальонном - 42,7%, в полковом - 21% их штатной численности.
В ДПМ поступавшим раненым оказывалась квалифицированная хи- рургическая помощь. От 60,6% до 65% их общего числа получили ее не позже 2 - максимум 10 часов от момента ранения. Летальность среди оперированных не превышала 2,7%. Хирургическая активность в ДГ составляла 23 - 39,3%, летальность - 4,2%.В армейских лечебных учреждениях эти показатели были ниже и равнялись в ГОПЭП, соответственно, 15,4 - 16% и 1,9%, а в ПЭП - 2,7 -3,2% и 0,2%. Действовавший в пределах Ленинграда мощный ФЭП N 50 (начальник И.М.Черняк) обеспечивал оказание поступившим раненым и больным
всех видов специализированной медицинской помощи. На территории ряда военных округов развертываются несколько МЭП общей емкостью 155 405 госпитальных коек. Для эвакуации раненых и больных было задействовано 62 ПВСП.
До конца марта 1940 г. из лечебных учреждений тылового района было выписано в строй 95 559 чел. (36%), в отпуск - 19 594 (7,5%), уволено в запас - 4816 (1,8%), уволено вовсе - 1654 (0,7%), оставалось на лечении - 64 321 (24,1%), умерло - 1642 (0,7%). Остальные 29,2% приходились на выписанных из армейских и фронтовых лечебных учреждений и умерших в них.
Итоги деятельности медицинской службы в этой войне и вытекавшие из них уроки были детально обсуждены на трех пленумах созданного в июне 1940 г. Ученого медицинского совета (УМС) при начальнике СУ РККА, прошедших в сентябре, декабре 1940 г. и в апреле 1941 г., а также на специальной расширенной конференции (апрель 1940 г.) и сборе руководящего медицинского состава (апрель 1941 г.). В итоге подготавливается проект "Устава санитарной службы" (1940), содержавший, в отличие от своего предшественника,
также указания по организации медицинского обеспечения армейских и фронтовых объединений. Он же был положен в основу проекта "Наставления по санитарной службе Красной Армии" (1941) (рис.14).
В целом принцип этапного лечения раненых и больных с их эвакуацией по назначению окончательно находит свое официальное закрепление, в том числе и в разработанной в это время "единой полевой военно-медицинской доктрине". Состав и качественные характеристики сил и средств медицинской службы претерпевают ряд изменений. Врачи изымаются из батальонов и заменяются старшими фельдшерами. В штат ОМСБ вводятся госпитальная рота, взвод сбора и хирургической обработки легкораненых, эвакуационная рота сокращается до взвода, но увеличивается с 18 до 20 количество санитарных автомобилей, санитарный взвод пополняется отделением санитарно-химической защиты. Общее число врачей в батальоне с 16 увеличивается до 23, а хирургов - с 8 до 15. Такой ОМСБ был способен оказать за сутки боя квалифицированную медицинскую помощь до 500 чел. ДГ ликвидируются и на их базе создаются в армии, в дополнение к АПГ, войсковые полевые госпитали (ВПГ) из расчета по 4 на корпус. В состав армейских и фронтовых объединений включаются также: отдельная рота медицинского усиления (ОРМУ), патологоанатомическая лаборатория (ПАЛ), обмывочно-дезинфекционная рота (ОДР), зуботехническая лаборатория (ЗТЛ). Создаются эвакоприемники (ЭП) ГОПЭП на 500 и 1000 мест, санитарно-эпидемический отряд (СЭО) армии и санитарно-эпидемиологическая лаборатория (СЭЛ) фронта.
К сожалению, указанные нововведения довести до конца к началу В е л и к о й О т е ч е с т в е н н о й в о й н ы не удалось и медицинская служба вступила в нее в стадии незавершенной реорганизации.

10. Великая Отечественная война 1941-1945 гг.

Общие санитарные потери Красной Армии в этой войне достигали 18 344 148 чел., в том числе ранеными, контуженными и обожженными 15 205 592, 90 881 обмороженными и 3 047 675 заболевшими.
Оборонительно-отступательный характер п е р в о г о п е р и о д а войны (июнь 1941 г. - ноябрь 1942 г.), утрата значительного количества сосредоточенных вблизи западных границ мобилизационных запасов медицинского и другого имущества, срыв планомерного отмобилизования необходимых сил и средств медицинской службы действующих фронтов не позволили ей на первых порах следовать тем принципам лечебно-эвакуационного обеспечения войск, ко-
торые были признаны целесообразными накануне войны. В силу сложного комплекса неблагоприятных условий оперативной, тыловой и медицинской обстановки об этапном лечении в то время не могло быть и речи. Санитарные потери достигали более 6 млн чел. Многих тяжелораненых вынести с оставшегося за противником поля боя не удалось. Подобранные же и самостоятельно вышедшие с поля боя раненые ввиду стремительного продвижения вражеских войск срочно эвакуировались всеми транспортными средствами по принципу "во что бы то ни стало". Имевшиеся на первых порах в крайне ограниченном количестве и действовавшие по штатам мирного времени, а нередко и под огнем противника ОМСБ, гарнизонные госпитали оказались пере полненными. Поток хирургически "необработанных" раненых, в том числе и легкораненых, хлынул в лечебные учреждения фронтов и тыла страны.
В этих чрезвычайных условиях 23.08 1941 г. Народный Комиссариат Обороны (НКО) издает приказ N 281 "О порядке представления к правительственной награде военных санитаров и носильщиков за хорошую боевую работу", который приравнял их труд к боевому подвигу. Для наведения элементарного порядка в лечебно-эвакуационном процессе на важнейших эвакуационных направлениях в тылу фронтов развертываются контрольно-эвакуационные госпитали (КЭГ).
Ввиду нехватки материально-кадровых ресурсов пересматриваются, в сторону сокращения, штаты ряда военно-медицинских формирований. В войсковом звене это коснулось ОМСБ дивизии. Из его штата исключаются госпитальная рота, взвод сбора и хирургической обработки легкораненых, число хирургов с 15 сокращается до 8, грузовых автомобилей - до 3, санитарных - до 10. Вместе с тем в апреле 1942 г. было разрешено создавать при этом батальоне команду выздоравливающих до 100 легкораненых со сроками лечения до 10 - 15 суток. Функциональные возможности ОМСБ за сутки боя снизились до 250 чел. В армейском и фронтовом звеньях ликвидируются АХО, управление госпитальной базы армии (УГБА), вдвое сокращается ОРМУ. АСР из 3-взводного состава переформировываются в 2-взводные и в дополнение к ним комплектуются конные санитарные роты (КСР), а также нештатные взводы собачьих нартовых (колесных) упряжек. Вносятся изменения также в органы управления медицинской службы, о чем будет сказано в специальном разделе.
Вместе с тем создаются принципиально новые лечебные учреждения полевого типа: в декабре 1941 г. - госпитали для легкораненых (ГЛР) на 1000 мест, которые в апреле следующего года разделяются на армейские (АГЛР) и фронтовые (ФГЛР). В АГЛР проходили окончательное лечение легкораненые со сроками выздоровления 20 - 30 суток, в ФГЛР - 45 - 60 суток. При армейских запасных полках воссоздаются ликвидированные в октябре 1941 г. батальоны выздоравливающих (БВ) на 500 мест. В декабре 1941 г. в комплект лечебных учреждений вводятся сортировочные эвакогоспитали (СЭГ) на
500, 1000 и 2000 коек и мест; в июне - августе 1942 г. - унифицированные штаты армейских и фронтовых специализированных эвакогоспиталей.
Для железнодорожной медицинской эвакуации формируются ПВСП и ВВСП, военно-санитарные летучки (ВСЛ). В тыловых районах театра военных действий курсировали ВСЛ и ВВСП, за их пределами - ПВСП.
Порядок их комплектования и организации работы определялись ут- вержденными в июне 1941 г. "Положением о военно-санитарных поездах", "Правилами составления ПВСП и ВВСП", в мае 1942 г. - "Руководством по организации и работе военно-санитарных поездов". Среди значительных недостатков в работе этого вида санитарного транспорта наиболее существенным было крайне медленное его продвижение в тыл и обратно. Положение еще более усугубилось, когда в октябре 1942 г. было установлено, в случае нарушения графика работы железной дороги, продвижение военно-санитарных поездов в предпоследнюю, 7 очередь.
Авиационный санитарный транспорт ввиду его малочисленности и маломощности (насчитывалось всего 295 легкомоторных самолетов) использовался в ограниченных масштабах. Все борты входили в состав авиасанитарных эскадрилий Гражданского воздушного флота, объединенных в 8 авиагрупп. В 1942 г. они преобразуются в санитарные авиационные полки, подчиненные командующему воздушной армии фронта.
В тылу страны создается, в основном на средства НКЗ СССР и ВЦСПС, разветвленная сеть специализированных эвакогоспиталей, организационно объединенных в госпитальную базу тыла (ГБТ). В ее составе на сентябрь 1941 г. насчитывалось почти 600 тыс.коек, из которых около 412 тыс.были заняты/65/. К исходу июня 1942 г. емкость ГБТ достигала своего максимума - 1 млн. 196 тыс. коек, а загрузка - 703 тыс. чел., а к исходу первого периода войны - соответственно, 906 тыс. коек и 645 тыс.чел. Ощутимую помощь в оснащении развертываемых госпиталей и в организации их планомерной работы оказал созданный в октябре 1942 г. В с е с о ю з н ы й к о м и т е т п о м о щ и п о о б с л у ж и в а н и ю р а н е н ы х и б о л ь н ы х б о й ц о в и к о м а н д и р о в К р а с н о й А р м и и, а также его регионарные организации. Принятые меры по обеспечению должного госпитального лечения воинов Красной Армии позволили более половины всего коечного фонда развернуть в пределах действующих фронтов: в составе ГБА - 16,4%, ГБФ - 35,3%, ГБТ - 48,3%.
Опыт наступательных действий Красной Армии под Москвой зимой 1942 г. отчетливо показал, что претворение в жизнь принципа этапного лечения раненых и больных с их эвакуацией по назначению возможно только при наличии прежде всего в составе ГБА достаточного числа полевых лечебных учреждений, предназначенных для оказания эвакуируемым контингентам квалифицированной и основных видов специализированной медицинской помощи, при должной обеспеченности медицинской службы исправными эвакотранспортными средствами и не обходимыми медицинскими кадрами. В связи с этим началась борьба за создание в действующих армиях полноценных госпитальных баз емкостью от 8 до 10 тыс.коек.
Одним из ярких примеров организации лечебно-эвакуационного обеспечения войск в оборонительном сражении, в условиях полной блокады войск целого фронта является досконально изученная нами деятельность медиков в ходе 900-дневной б л о к а д ы Л е н и н г р а д а. Ее специфику определяли упорнейший характер боевых действий, небольшая глубина тыловых районов соединений, армий и фронта, значительная величина и сложность структуры санитарных потерь, минимум возможностей для эвакуации раненых и больных за пределы фронта, максимальное использование в интересах организации их лечения на месте кадрового, научного и материального по тенциала большого города при тесном взаимодействии с органами гражданского здравоохранения. Их совместными усилиями в строй было возвращено около 437 тыс. раненых и больных,или 60% их общего числа, что составляло численность 24 полнокровных или же до 55 "блокадных" стрелковых дивизий.
Общие результаты лечебно-эвакуационной работы медицинской службы в первом периоде войны, несмотря на все трудности, были впечатляющими: из 6 млн 208 тыс. прошедших лечение раненых и больных в строй было возвращено 4 млн.780 тыс.чел., или 60%.
В т о р о й п е р и о д войны (ноябрь 1942 г. - декабрь 1943 г.) в отличие от первого характеризовался обилием наряду с оборонительными крупных наступательных операций, проводимых усилиями групп фронтов и обеспечивших в конечном итоге коренной перелом в ходе всей войны, в формах и способах медицинского обеспечения Красной Армии. Санитарные потери составили более 5,5 млн чел.
Все помыслы руководства медицинской службы в рассматриваемом периоде были направлены на преодоление имевшихся в предшествующем периоде недостатков, обеспечение на практике внедрения принципа этапного лечения с эвакуацией по назначению. Одновременно совершенствовалась организационно-штатная структура полевых медицинских формирований.
В декабре 1942 г. состоялось очередное и последнее изменение штата ОМСБ дивизии. При сохранении прежнего количества врачей общая численность его личного состава со 103 сократилась до 90 чел/72/. На базе унифицированного ППГ армии создаются хирургический и терапевтический полевые подвижные госпитали (ХППГ и ТППГ), соответственно, на 200 и 100 коек армейского и фронтового подчинения. Начиная с 1943 г., на некоторых фронтах за счет специализированных групп медицинского усиления ОРМУ стали создаваться в составе ГБА на базе ХППГ специализированными ХППГ (СХППГ) для раненых в голову, шею и позвоночник, также госпитали для раненых в грудь, живот и таз, в бедро и крупные смежные суставы и др. В составе УПЭП восстанавливаются УГОПЭП.
Еще раз пересматриваются взгляды на общую группировку лечебных учреждений при подготовке к наступательным операциям. Увеличивается удельный вес специализированных ХППГ и ЭГ в составе ГБА и ГБФ, где обеспечивалось оказание специализированной медицинской помощи по 10 - 12 и более профилям. В итоге состоявшегося перераспределения имевшегося в стране коечного госпитального фонда в конце 1943 г. находилось в армейском тылу до 30,1%, во фронтовом - 35,1% и в тыловом районе страны - 34,8% всех коек.
В ноябре 1942 г. по распоряжению начальника Тыла Красной Армии на всех фронтах проводится технический осмотр имевшегося там автосанитарного парка, его ремонт и обеспечение запасными частями. К началу 1943 г. всего насчитывалось 85 АСР и 75 КСР. Становятся штатными и сводятся в отряды взводы собачьих нартовых (колесных) упряжек или ездовых санитарных собак. Как и ранее широко привлекался для эвакуационных целей порожняк транспорта подвоза.
В январе 1943 г. изменяется порядок продвижения военно-санитарных поездов: груженые - в первую очередь, порожние - в четвертую. К концу этого же года действовало 260 ПВСП, 137 ВВСП и 250 ВСЛ.
Санитарные авиационные полки реорганизуются в отдельные санитарные авиационные полки (ОСАП). В 7 таких полках насчитывалось 430 санитарных самолетов. Более активно стала использоваться для медицинской эвакуации транспортная авиация.
Принятые меры позволили медицинской службе все чаще строить свою работу по эвакуационным направлениям с использованием на их грунтовых участках выдвинутых вперед армейских медицинских распределительных постов (МРП), призванных обеспечить руководство эвакуацией раненых и больных, следовавших с войсковых этапов, по назначению в специализированные лечебные учреждения ГБА.
Раненые и больные, срок лечения которых превышал 45 - 60 суток, подлежали эвакуации в ГБТ страны. К исходу второго периода войны в ней насчитывалось 1 млн.56 тыс. госпитальных коек, из них 1 млн.9 тыс. были заняты/80/. В феврале 1943 г. по инициативе ГВСУ часть тыловых эвакогоспиталей всего на 42 200 коек выделяется для переоснащения их в специализированные госпитали восстановительной хирургии.
Совместная работа военных и гражданских медиков в рассматриваемом периоде войны дала вполне удовлетворительные результаты: из 5 млн.288 тыс. поступивших на лечение раненых и больных в лечебные учреждения армий, фронтов и тыла страны, возвращается в строй 4 млн.780 тыс., 815 человек или 77,4% их общего числа.
В т р е т ь е м п е р и о д е войны (1944 - 1945 гг.), когда войска Красной Армии начали и завершили изгнание фашистских войск с территории своей и ряда европейских стран, а также их окончательный разгром, медицинская служба продолжала совершенствовать систему лечебно-эвакуационного обеспечения на основе окончательно установившегося принципа этапного лечения раненых и больных с их эвакуацией по назначению. Общие санитарные потери (с учетом войны с Японией) превысили 7 млн чел.
Каких-либо существенных коррективов в ранее принятую организационно-штатную структуру формирований медицинской службы уже не вносилось. Все усилия были направлены на улучшение качественных характеристик ее работы и на совершенствование управления медицинскими силами и средствами. Путем дополнительно принятых мер удалось обеспечить оказание специализированной
медицинской помощи в ГБА по 10 - 12 , а в ГБФ - 23 - 24 профилям. Госпитальные средства стали более решительнее приближаться к действующим войскам за счет выдвижения средств старшего медицинского начальника и создаваемого накануне наступательных операций их мощного резерва. Некоторые продвигаемые за наступающими войсками МЭП и РЭП, входившие в состав ГБТ, были развернуты за пределами страны. На стыке разных по своей ширине колеи западно-европейских и отечественных железных дорог создаются госпитальные базы перегрузочных районов (ГБПР).
Ввиду чрезмерной "растяжки" путей медицинской эвакуации, в частности из ГБФ в ГБТ, определилась тенденция организации лечения раненых и больных на месте, при менее интенсивной эвакуации тяжелораненых в тыл страны. В итоге, более 60% всего коечного фонда находилось в пределах действующей армии: в составе ГБА-25,1%, в ГБФ-35,1% и ГБТ-39,8%
В рассматриваемом, завершающем периоде войны лишь в 1944 г. в строй возвращаются из лечебных учреждений действующей армии о 50% проходивших там лечение раненых и больных, из ГБТ-до 47,4%, а в целом - более 4 млн.380 тыс.чел.Несмотря на наличие в системе лечебно-эвакуационного обеспечения войск целого ряда недостатков, основным из которых была многоэтапность, она себя полностью оправдала и позволила возвратить в строй 72,3% раненых и 90,6% больных, а всего до 17 млн.чел.



11. Послевоенный период

В первом, п о с л е в о е н н о м п е р и о д е (1945 -
1953 гг.) обобщение организационного опыта, приобретенного в ходе лечебно-эвакуационного обеспечения оборонительных и наступательных операций Красной Армии, ввиду необходимости особого осмысления этого сложного процесса на основе проведения специальных научных исследований, уступило место соответствующей работе в области лечебной. Этим и объясняется то обстоятельство, что в изданном в период с 1951 г. по 1955 г. 35-томном труде "Опыт советской медицины в Великой Отечественной войне 1941 - 1945 гг." отсутствовали разделы, посвященные организационным проблемам медицинского обеспечения боевых действий войск. Эта работа велась параллельно прежде всего в целях разработки новых регламентирующих деятельность медицинской службы документов, формирования у медицинского состава единых взглядов и подходов к организационно-тактическим аспектам приобретенного в годы войны опыта.
В 1948 г. завершается работа над подготовкой к изданию проекта "Наставления по медицинскому обеспечению Советской Армии". Как и в прежнем проекте наставления 1941 г., в нем рассматривалась деятельность медицинской службы лишь войскового звена. В менее пространных, чем ранее, общих положениях содержалась краткая характеристика особенностей условий деятельности медицинской службы в "современной войне": "массовость и разнообразие поражений.., возможность применения противником в ходе войны новых средств борьбы". В главе, посвященной лечебно-эвакуационному обеспечению частей и соединений, также впервые подчеркивалась особая значимость в этом процессе соблюдения требований "единой полевой военно-медицинской доктрины"; в составе видов оказываемой медицинской помощи, наряду с прочими, называется и специализированная, определяется сущность системы этапного лечения с эвакуацией по назначению, обращается внимание на важность "недопущения многоэтапности"/89/. Собственно же принципиальная схема лечебно-эвакуационного обеспечения войск соответствовала таковой на завершающем этапе минувшей войны.
В 1946 - 1949 гг. вышел в свет 6-томный "Энциклопедический словарь военной медицины". Помещенные в нем статьи содержали ценные сведения и в области лечебно-эвакуационного обеспечения войск во время Великой Отечественной войны. Одновременно велась широкая разработка архивных материалов по данной проблеме сотрудниками Военно-медицинской академии им.С.М.Кирова и Военно-медицинского музея МО СССР. Началась также научная разработка новых проблем, вызванных последующим организационным и техническим совершенствованием Советской Армии.
Дальнейшее развитие международно-правовых норм защиты жертв войны, в какой-то мере определявших возможные условия деятельности медицинской службы во время войны, было связано с подписанием в августе 1949 г. и ратификацией Президиумом Верховного Совета СССР в апреле 1954 г. новых Женевских конвенций, взамен конвенций 1932 г., Последующее развитие системы лечебно-эвакуационного обеспечения Советской Армии обусловливалось началом военно-технической революции и прежде всего появлением на ее вооружении ядерного оружия.

В Ы В О Д Ы

1. В первой четверти XYIII в., с созданием Петром I регулярной русской армии, в России оформляются все важнейшие признаки государственной системы ее медицинской службы: наличие руководящего центра - Аптекарского приказа, постоянных военных госпиталей, построенных на казенный счет; госпитальных школ, готовивших национальные лекарские кадры, их окончательное закрепление штатным расписанием, а также нормативных документов, определявших деятельность медицинских чинов в мирное и военное время.
2. На протяжении XYII-XYIII вв. в медицинском обеспечении боевых действий Сухопутных войск преобладала система лечения раненых и больных на месте, без их эвакуации в тыл, что обусловливалось локальным характером войн, незначительными санитарными потерями, а главное - отсутствием практики подвоза к действующей армии материальных средств.
3. В начала ХIХ века в связи с появлением массовых армий, вооруженных огнестрельным оружием, увеличением размеров и изменением качественных характеристик санитарных потерь, маневренности боевых действий, закреплением практики систематического подвоза к действующей армии необходимых ей материальных и людских ресурсов система лечения раненых и больных на месте дополняется их регулярной эвакуацией в тыл.
4. В конце 2О-х - начале 3О-х годов XIX в. в военно-госпитальном деле произошли существенные преобразования, связанные с введением впервые в комплект полевых военно-врачебных учреждений штатных корпусных полевых госпиталей, а также "госпитальных кадров" медицинского имущества для их развертывания.
5. В 5О-х годах XIX в. эвакуационная система в медицинском обеспечении войск русской армии приобрела принципиально новое качественное содержание, связанное с внедрением по инициативе Н.И.Пирогова медицинской сортировки, налепной гипсовой (алебастровой) повязки как наиболее состоятельной транспортной иммобилизации при эвакуации тяжелораненых с огнестрельными переломами длинных трубчатых костей конечностей, а также "рассеяния" раненых по различным лечебным учреждениям страны.
6. В войнах России второй половины XIX в. - начала ХХ в. преобладала в процессе медицинского обеспечения Сухопутных войск эвакуационная система, соориентированная преимущественно на механический "извоз" из действующей армии в тыл всего "отработанного человеческого материала" - раненых и больных воинов по принципу "во что бы то ни стало", без учета при этом тяжести состояния эвакуируемых, нуждаемости их в оказании медицинской помощи и перспектив возвращения в строй.
7. Во второй половине XIX- начале ХХ вв. в связи с насущными запросами военно-медицинской практики военного времени возникает новая наука - "санитарная тактика", в становлении которой приняли активное участие П.П.Потираловский, В.В.Заглухинский, П.И.Тимофеевский.
8. К первой четверти ХХ века (в октябре 1915 г.) относится выдвижение В.А.Оппелем нового принципа в организации эвакуации раненых и больных на войне, основанного на "этапном лечении" с учетом прежде всего медицинских показаний.
9. Несмотря на неоднозначность социально-экономических и военно-политических проблем, вставших после октября 1917 г., медицинская службы Сухопутных войск новой, Красной Армии восприняла от своей предшественницы все рациональное в устройстве полевых медицинских формирований и в организации их работы в военное время на основе принципа этапного лечения, дополнив его в 3О-х годах требованием "эвакуации по назначению".
1О. В период Великой Отечественной войны 1941-1945 гг. медицинское обеспечение боевых действий Сухопутных войск было осуществлено комплексными усилиями, реорганизованных в ходе войны, медицинских сил и средств войскового,армейского и фронтового звена, во взаимодействии с органами гражданского здравоохранения в тылу страны, в соответствии с важнейшими требованиями единой полевой военно-медицинской доктрины, системы этапного лечения раненых и больных с их эвакуацией по назначению. Это позволило возвратить в строй 72,3% раненых и 9О,6% больных, или около 17 млн. человек.
11. До начала XIX в. управление военным и гражданским здравоохранением в России сосредоточивалось последовательно в Аптекарском приказе (канцелярии), Медицинской канцелярии (коллегии), а с 18О2 г. - в Медицинском департаменте Министерства внутренних дел. Лишь в 18О5 г. руководство медицинской службой Сухопутных войск было сосредоточено в Медицинской экспедиции Министерства военно-сухопутных сил, преобразованного затем в Медицинский департамент Военного министерства, а позже - в ГВМУ, ГВСУ, ВСУ, СУ, ГВСУ, ГВМУ и ВМУ. До июня 1918 г. военные врачи, не обладая командно-административными правами, были фактически отстранены отнепосредственного руководства всем целостным процессом медицинского обеспечения войск. Дальнейшее совершенствование системы и органов управления медицинской службы было связано с передачей военным врачам руководящих функций, укреплением единоначалия, унификацией их организационно-штатной структуры и методов работы.
12. Во время гражданской войны и военной интервенции прошло
организационное становление органов управления центрального, окружного, фронтового и армейского звеньев медицинской службы Красной Армии. Однако ГВСУ РККА в августе 1918 г. было введено в состав НКЗ РСФСР на правах самостоятельного военно-санитарного отдела, что предопределило двоевластие в руководстве его работой.
13. В межвоенном периоде наибольшие преобразования претерпел центральный орган управления медицинской службы, когда ГВСУ в 1924 г. реорганизуется в ВСУ, а последнее в августе 1929 г. изымается из НКЗ, передается в ведение Народного комиссариата по военным делам и в 1934 г. переименовывается в СУ РККА.
14. Великая Отечественная война 1941-1945 гг. потребовала коренной перестройки структуры органов управления медицинской службы всех уровней, их подчинения (за исключением старшего врача полка) соответствующим органам управления тыла Красной Армии, а также срочной разработки методов управления подчиненными силами и средствами в стратегических оборонительных и наступательных операциях, проводимых группой фронтов.
15. В первые послевоенные годы дальнейшее совершенствование системы лечебно-эвакуационного обеспечения Сухопутных войск, а также методов управления их медицинской службой в военное время осуществлялось с учетом и на основе приобретенного в минувшей войне опыта.

Сообщение отредактировал БОРГЕЗЕ: 19 Август 2005 - 00:01

0

#13 Пользователь офлайн   БОРГЕЗЕ 

  • Постоянный участник
  • PipPipPip
  • Группа: ВРАЧ
  • Сообщений: 165
  • Регистрация: 04 Июль 05

Отправлено 17 Август 2005 - 22:31

ВОЕННО-МЕДИЦИНСКАЯ АКАДЕМИЯ
Доктор медицинских наук П.Ф.ГЛАДКИХ,А.Е.ЛОКТЕВ,Я.В.МОСТОВЫЙ
Учебное пособие Санкт-Петербург. 1997 г.



РАЗВИТИЕ СИСТЕМЫ УПРАВЛЕНИЯ МЕДИЦИНСКОЙ СЛУЖБОЙ

1. Конец XVIIв.-XVIIIв.

Совершенствование в XYI-XYII вв. системы оказания медицинской помощи раненым и больным воинам русского войска, все более приобретавшей определенные организационные формы, постепенно превращает ее в одну из важнейших функций государственного управления. Возникший в 16ОО-162Огг. А п т е к а р с к и й п р и к а з как орган руководства придворной, царской медицинской со временем превращается в центр управления гражданским и военным здравоохранением Московского государства. Первоначально во главе его стояли не медики, а бояре, князья и даже дьяки. В 1714 г. этот приказ переименовывается в Аптекарскую канцелярию. Двумя годами позже он был возглавлен по велению Петра I "Архиятером и президентом царской надворной канцелярии всего медицинского факультета в Империи" лейб-медиком Р.К.Арескиным (Эрскиным). В 1722 г. его сменил И.Л.Блументрост. Накануне, в 1721 г. Аптекарская канцелярия преобразуется в М е д и ц и н с к у ю к о л л е г и ю, а в 1725 г. - в М е д и ц и н с к у ю к а н ц е л я р и ю.
В 173О г. единоличное управление медицинским делом в лице Архиятера ликвидируется и заменяется коллегиальным органом - Д о к т о р с к и м с о б р а н и е м, просуществовавшим до 1732 г. во главе с И.Х.Ригертом. Последнего в 1734 г. сменил уже в качестве директора М е д и ц и н с к о й к о л л е г и и И.Б.Фишер. В 1741 г. им стал И.Г.Лесток, в 1748 г. - Г.К.Бургав, а в 1753 г. - П.З.Кондоиди.

2. XIX век.

С созданием министерств Медицинская коллегия в 18О2 г. вводится в состав Министерства внутренних дел и теряет свою прежнюю самостоятельность. В следующем году она реорганизуется в М е д и ц и н с к и й д е п а р т а м е н т, в котором по-прежнему объединялось руководство гражданским и военным здравоохранением.
В августе 18О5 г. в министерствах Военно-сухопутных и Военно-морских сил создаются для руководства соответствующими медицинскими службами м е д и ц и н с к и е э к с п е д и ц и и во главе в генерал-штаб-докторами и их помощниками - генерал-штаб-лекарями. Одновременно учреждаются должности медицинских инспекторов по армии и флоту, а также по войскам гвардии. С этого
времени и до августа 1918 г. управление медицинской службой вооруженных сил России стало осуществляться отдельно от гражданского здравоохранения. Первым генерал-штаб-доктором Министерства военно-сухопутных сил стал Н.К.Карпинский. Однако уже в 18О8 г. в целях устранения двоевластия в управлении военно-медицинским делом должности генерал-штаб-доктора и его помошника иквидируются.
Н.К.Карпинский увольняется, а вместо него, но уже в качестве управляющего Медицинской экспедицией Военного министерства и одновременно главного военно-медицинского инспектора по армии назначается Я.В.Виллие. В 1812 г. Медицинская экспедиция преобразуется в М е д и ц и н с к и й д е п а р т а м е н т.
В соответствии с "Учреждением для управления Большой действующей армией" (1812) общее руководство медицинской службой войск осуществлял дежурный генерал (не медик), которому были подчинены главный полевой военно-медицинский инспектор (главный доктор), инспектор аптечной части, инспектор госпиталей (не медик) и главный комиссар. При полевом военно-медицинском инспекторе состояли главный медик, главный хирург, главный аптекарь и секретарь с канцелярией.
Выносом раненых с поля боя руководил шеф военной полиции - генерал-гевальдигер, их эвакуацией - генерал-вагенмейстер, распоряжавшийся транспортом. Директор госпиталей отвечал за работу главных военно-временных госпиталей, а главный комиссар - развозных и подвижных военно-временных госпиталей. В действующих армиях полевые штаб-доктора несли ответственность за работу "перевязок" дивизий и корпусов, организацию военно-медицинского снабжения.
Они подчинялись дежурному генералу полевой армии, а по вопросам специальным - главному доктору Большой действующей армии. Медицинскую службу дивизий и корпусов возглавляли соответствующие доктора, а полков - штаб-лекари.
В 1816 г. вводится должность вице-директора Медицинского департамента Военного министерства (им стал Д.К.Тарасов), упраздняется должность инспектора армии по аптечной части.
В результате реорганизации Военного министерства, последовавшей в 1836г., в Медицинский департамент, как и ранее, входили 2 отделения, однако функции их были изменены. Управление главного медицинского инспектора по армии вновь отделяется от Медицинского департамента, как и должности возглавлявших их лиц. К организации медицинского обеспечения войск имели также отношение Комиссариатский департамент Военного министерства, ведавший содержанием госпиталей, и Департамент казенных врачебных заготовлений Министерства внутренних дел, присоединенный к Медицинскому департаменту Военного министерства в 1858 г.
В соответствии с Правилами 1829 г. общий надзор за деятельностью военно-лечебных учреждений действующей армии, транспортировкой раненых, военно-медицинским снабжением осуществлял военно-госпитальный комитет - коллегиальный орган, в состав которого входили: дежурный генерал - председатель, директор госпиталей, полевой генерал - штаб-доктор, управляющий провиантской частью, управляющий полевым комиссариатом армии, инспектор аптекарской части, помощники генерал-штаб-доктора и главный смотритель госпиталей по комиссариатской части. По Положению же 1846 г. управление всей госпитальной частью возлагается на дежурного генерала, который при необходимости мог образовывать госпитальный комитет.
Директорами Медицинского департамента были до апреля 1836 г. .В.Виллие, затем - Д.К.Тарасов, с сентября 1846 г. - В.В.Пеликан, с 1857 г. - .В.Енохин, с сентября 1862 г. - Ф.С.Цицурин. После упразднения в 1855 г. должности главного медицинского инспектора по армии и его управления в соответствии с "Положением о полевом военно-медицинском управлении" от того же года обязан-
ности первого переходят к полевому генерал-штаб-доктору (главному доктору армии). В помощь ему устанавливались должности главного медика и главного хирурга. Директор Медицинского департамента Военного министерства становится единоличным руководителем медицинским и аптечным делом в армии.
В октябре 186О г. в штате Медицинского департамента появляются должности двух вице-директоров (один по хозяйственным распоряжениям и заготовкам врачебных и хирургических инструментов, другой по надзору за прочими делами) и 5 отделений (по личному составу, врачебно-практических мероприятий, врачебно-заготовительное, аптечно-ревизионное, счетное). С 1862 по 1867 гг. должности директора Медицинского департамента и главного инспектора медицинской части по армии вновь были разделены.
С 1859 по 1865 гг. существовал также особый "Комитет по улучшению военно-медицинской администрации и военных госпиталей", затем - "Комитет для выработки положения об устройстве военно-врачебной части военного времени". В 1867 г. при Военном совете учреждается Главный военно-госпитальный комитет, предназначавшийся для общего руководства всеми военно-врачебными учреждениями и обсуждения вопросов санитарной части армии мирного и военного времени.
В соответствии с новым "Положением о Военном министерстве" (1867) в состав последнего был включен Главный военно-госпитальный комитет и причислен к нему Александровский комитет о раненых (создан в 1814 г., просуществовал до 1917 г.). Медицинский департамент преобразуется в Г л а в н о е в о е н н о - м е д и ц и н с к о е у п р а в л е н и е (ГВМУ) во главе с главным военно-ме-
дицинским инспектором, которым стал П.А.Дубовицкий. После него на этом посту были с апреля 1869 г. Е.Н.Смельский, а с мая 1874 г. - Н.И.Козлов. В состав ГВМУ входили 4 отделения (по личному составу, врачебно-практическое, врачебно-заготовительное и аптечно-ревизионное), канцелярия, судная и счетная части,врачи для поручений и архив. Этому же управлению принадлежали Военно-медицинский ученый комитет и профессор-консультант по глазным болезням (су-
ществовал с 1861 г. по 19О6 г.). В связи с созданием, начиная с 1864 г., военных округов впервые формируются окружные военно-медицинские управления во главе с окружным военно-медицинским инспектором. Одновременно вводится должность окружного инспектора госпиталей (не врач).
В соответствии с "Положением о полевом управлении войск в военное время" (1868) Управление штаб-доктора было заменено Полевым военно-медицинским управлением во главе с полевым военно-медицинским инспектором (врач). В штат этого управления вошли также помощники инспектора по медицинской и фармацевтической частям, главный хирург, старший врач главной квартиры, стар-
ший ветеринарный врач и другие, в том числе и медицинский резерв. Полевому военно-медицинскому инспектору подчинялись по специальности корпусные и отрядные врачи, управляющие полевыми подвижными аптеками и временных аптечных магазинов.
Все госпитальное и эвакуационное дело возлагалось на инспектора госпиталей (не врач) с его управлением. И полевой военно-медицинский инспектор и инспектор госпиталей подчинялись начальнику штаба, отвечавшему за "общее устройство санитарной части". К этому же времени относится появление третьего должностного лица, причастного к организации оказания медицинской помощи раненым и больным воинам, - главноуполномоченного Общества попечения о ра неных и больных воинах, независимого в своих действиях от первых двух. Так окончательно организационно оформляется многоведомственность в военно-медицинском деле, многовластие в полевой медицинской службе русской армии, с которыми она вступила и вышла из р у с с к от у р е ц к о й в о й н ы 1877-1878 гг.
Во время этой войны полевыми военно-медицинскими инспекторами были: в Дунайской армии В.И.Приселков, в Кавказской - А.А.Ремерт, инспектором госпиталей в первой из них - В.Д.Коссинский, главными хирургами соответственно - Н.М.Кадацкий и К.К.Рейер.
По завершении войны в ГВМУ происходит ряд преобразований. В сентябре 1882 г. упраздняется аптечно-ревизионное отделение и учреждаются в 189О г. мобилизационная и счетно-статистическая части. В 1895 г. ликвидируется ветеринарное отделение и в 1898 г. вводится вторая должность помощника начальника ГВМУ.
Состоявший при Военном совете Главный военно-госпитальный комитет преобразуется в Главный военно-санитарный комитет (существовал до 19О9 г.), на который было возложено "общее руководство работами по подготовке мобилизации военно-врачебных заведений".
В 1884 г. во главе ГВМУ был поставлен О.И.Рудинский, в 1887 г. - А.А.Ремерт, а в 19О2 г. - Н.В.Сперанский. В 189О г. вводится в действие новое "Положение о полевом управлении войск в военное время". В соответствии с ним полевая медицинская служба русской армии возглавлялась начальником военно-санитарной части армии (не врач). Под его общим руководством работали полевой военно-медицинский инспектор (врач) и полевой инспектор госпиталей (не врач) со своими управлениями. Полевому военно-санитарному инспектору подчинялись по специальности корпусные и дивизионные врачи, а последним - старшие врачи полков. Присутствовало также и третье высокопоставленное, не под
чиненное первым двум лицо - главноуполномоченный Российского общества Красного Креста (РОКК) со своим управлением.

3. Начало XX века.

В ходе р у с с к о - я п о н с к о й в о й н ы 19О4-19О5гг., когда Маньчжурская армия разделяется на три частные армии, в феврале 19О4 г. издается "Положение об управлении санитарной частью" частной армии. В соответствии с ним общее руководство деятельностью медицинской службы такой армии возлагалось на начальника санитарной части армии (не врач), подчинявшегося командующему армией. В его канцелярии имелись для этих целей госпитальное, медицинское и эвакуационное отделения. Ему были подчинены полевой военно-медицинский инспектор (врач), полевой инспектор госпиталей (не врач) и уполномоченный РОКК с их управлениями.
В своей работе начальники санитарных частей отдельных армий руководствовались (с октября 1904 г.) распоряжениями главного начальника санитарной части Маньчжурских армий (рис.23) в лице генерал-лейтенанта Ф.Ф.Трепова, имевшего управление, а полевые военно-медицинские инспектора (1-й армии В.Б.Богушевский, 2-й армии В.И.Шолковский и 3-й армии А.Я.Евдокимов) - главному полевому военно-медицинскому инспектору (В.С.Быстров, затем И.В.Горбацевич), также располагавшим управлением. Главным хирургом всех армий был Р.Р.Вреден, а после его ранения - И.А.Азаревич.
В п о с л е в о е н н о м п е р и о д е, в феврале 19О6 г. в штат ГВМУ включается организационный отдел, а в мае во главе управления был поставлен А.Я.Евдокимов. В декабре 19О9 г. ГВМУ преобразуется в Главное военно-санитарное у п р а в л е н и е (ГВСУ). Главный военно-санитарный комитет при Военном совете временно (до августа 191О г.) ликвидируется, его функции передаются ГВСУ. В сентябре 191О г. из штата управления исключается ветеринарный отдел и переформировывается в самостоятельное Ветеринарное управление. В августе 1912 г. вводится в штат ГВСУ третья должность помощника начальника этого управления. В декабре того же года главному военно-санитарному инспектору была подчинена Военно-медицинская академия, ранее находившаяся в ведении военного министра . Окружные военно-медицинские управления становятся военно-санитарными во главе с окружными военно-санитарными инспекторами. В состав этих управлений включаются в январе 1911 г. госпитальное отделение, ранее находившееся в штате штаба военного округа, а также передаются дела "по всем вопросам, касающимся эвакуации раненых и больных".
Уже в ходе п е р в о й м и р о в о й в о й н ы вышло новое "Положение о полевом управлении войск в военное время" (1914). В соответствии с ним впервые предусматривалось наличие управления начальника санитарной части армий фронта (врач). В его штат входили: помощник начальника, чины для поручений, врачебно-гигиенический, эвакуационный, административно-хозяйственный отделы и секретная часть.
Общее управление медицинской службой полевой армии возлагалось на дежурного генерала по санитарной части (рис 26), в связи с чем ему были подчинены полевые военно-санитарное и военно-госпитальное управления. Полномочия полевого военно-санитарного инспектора, по сравнению с русско-японской войной, были существенно ограничены. Они сводились к наблюдению "за общим санитарным состоянием на этапных линиях армии" и принятию мер "по предупреждению заразных болезней на этих линиях и по борьбе с этими болезня ми". Только с особого разрешения командующего армией на полевого военно-санитарного инспектора могло быть возложено руководство действиями корпусных врачей.
В сентябре 1914 г. в армиях ликвидируются полевые военно-санитарные управления и вместо них создаются санитарные отделы штабов армий во главе в генерал-майором (не врач). Ему были подчинены корпусные врачи, а он сам - начальнику санитарной части армий фронта. В качестве представителей и руководителей медицинских сил и средств, сформированных на средства общественных организаций, в действующих войсках оставались прежние главноуполномоченный и старшие уполномоченные РОКК/23/. Орган руководства, ко-
ординировавший работой всех этих лиц, в Ставке до сентября 1914 г. отсутствовал. Затем для этих целей вводится должность Верховного начальника санитарной и эвакуационной части в Империи. Ее занял по "высочайшему указу" принц П.А.Ольденбургский. Правда его управление находилось не в Ставке, а в Петрограде. В пределах театра военных действий он подчинялся Верховному главнокомандующему, а вне его - лично императору. Введение этой должности следует оценить как весьма оправданный шаг, тем более в условиях продол жавшей оставаться многоведомственности в управлении военно-медицинским делом. Однако, как свидетельствовал Н.Н.Бурденко - участник этой войны, этой мерой не удалось достичь преследуемых целей.
П о с л е Ф е в р а л ь с к о й р е в о л ю ц и и, в апреле 1917 г. выходит "Временное положение о главном полевом санитарном инспекторе при штабе Верховного главнокомандующего" и объявляется штат его управления. Находясь при Ставке, это должностное лицо обязано было координировать работу медицинской службы фронтов, следить за наиболее целесообразным использованием имевшихся медицинских сил и средств, в том числе РОКК, Всероссийских союзов
земств и городов, на театре военных действий. Главным военно-санитарным инспектором некоторое время был А.Я.Евдокимов, затем - Н.Н.Бурденко, В.А.Юревич, Н.А.Вильяминов, Л.А.Тарасевич и П.Н.Диатроптов.
Состоялись изменения и в управлении Верховного начальника санитарной и эвакуационной части. Вместо изгнанного принца П.А.Ольденбургского в середине марта 1917 г. назначается комиссар Временного правительства В.И.Алмазов.
Основное направление намечавшихся в то время реформ в медицинской службе Сухопутных войск были обсуждены на двух специальных заседаниях военной секции Чрезвычайного Пироговского съезда, прошедших в апреле 1917 г. И как результат, в конце июня на фронтах формируются санитарные советы, а при главном военно-санитарном инспекторе образуются Главный военно-санитарный совет фронтов. Однако, опять же по свидетельству Н.Н.Бурденко, и эта мера не смогла достичь целей консолидации усилий различных руководящих органов, причастных к медицинскому обеспечению войск.


4. Гражданская война и военная интервенция (1918-1920 гг.)

События Октября 1917 г. ускорили развал прежней русской армии. После Брестского мира 1918 г. началась ее массовая демобилизация. Дальнейший ход событий заставил Советскую власть, правящую большевистскую партию во главе с В.И.Лениным приступить к спешному формированию принципиально новой, Рабоче-Крестьянской Красной Армии (РККА), а вместе с ней и ее военно-медицинской организации.
В декабре 1917 г. СНК в целях реорганизации ГВСУ и налаживания его работы в своих интересах назначил в это управление Коллегию из числа врачей-большевиков под председательством М.И.Барсукова. Были ликвидированы в марте 1918 г. сопротивлявшиеся проводившимся преобразованиям Главный врачебно-санитарный совет фронтов и управление главного полевого санитарного инспектора. С 7 января того же года высшим государственным органом руководства здравоохранением в стране стал Совет врачебных коллегий под
председательством А.Н.Винокурова.
Что касается ГВСУ, то еще в феврале 1918 г. оно приказом Наркомвоен в своем прежнем составе было ликвидировано. В марте вводится в действие его новый штат во главе с упомянутой выше К о л л е г и е й . В апреле он дополняется организационно-мобилизационным отделом. В июне 1918 г. коллегия упраздняется и, таким образом, в руководство медицинской службой РККА вводится
единоначалие. Во главе ГВСУ вместо убывшего на Восточный фронт М.И.Барсукова был поставлен А.А.Цветаев. В результате коррективов, внесенных в штат управления в июле-августе 1918 г., оно стало включать 4 отдела, 1О отделений и воссозданный Военно-санитарный ученый комитет с лабораторией. В связи с образованием в июле того же года Народного комиссариата здравоохранения (НКЗ) РСФСР во главе с Н.А.Семашко, СНК принимает в конце августа решение о включении ГВСУ в состав НКЗ на правах самостоятельного, военно-санитарного отдела (рис.31). Сопротивлявшийся этому слиянию А.А.Цветаев был уволен со службы, а его место в сентябре временно занимает Л.Р.Ивановский. В январе 1919 г. начальником ГВСУ назначается М.И.Баранов.
Следует согласиться с Н.А.Семашко, что объединение в НКЗ функций управления и гражданским и военным здравоохранением в тот тяжелейший для страны переходный период было весьма целесообразной организационной мерой. Однако не все было гладко во взаимоотношениях между ГВСУ, НКЗ и Наркомвоен. Для их нормализации РВСР издал в конце ноября 1918 г. приказ, в соответствии с которым ГВСУ, находясь в подчинении и в структуре НКЗ, обязано было в своей работе руководствоваться военными законами, приказами и постановлениями НКЗ "по соглашению" с Наркомвоен. Статус такого
двойственного подчинения ГВСУ в январе 192О г. подтверждается и постановлением Совета Обороны. В это же время вместо убывшего на Украину М.И.Баранова во главе ГВСУ был поставлен З.П.Соловьев.
В апреле и сентябре 1919 г. вводились в действие новые штаты ГВСУ. В его состав включается Политическая инспекция, мобилизационное дело было сосредоточено в мобилизационном отделении.
Органы управления медицинской службы фронтовых и армейских объединений в Красной Армии стали вновь формироваться по единым штатам с середины июля 1918 г. первоначально на Восточном фронте. Во всеармейском масштабе первый единый штат управления санитарной части фронта был объявлен в конце октября того же года. Оно, в частности, включало начальника (врач), его помощника, врача для поручений и три отдела (административно-хозяйственный, врачеб-
но-гигиенический и эвакуационный). В отличие от Восточного фронта начальник санитарной части здесь подчинялся не командующему фронтом, что было бы предпочтительней, а начальнику снабжения (тыла).
Штат управления санитарной части армии содержал командование, три аналогичных отделам санитарной части фронта делопроизводства и резерв медицинского состава в 27 человек. По этим штатам, уточненным в январе и августе 1919 г., управления действовали до апреля 192О г., когда в них включаются санитарно-просветительные отделения.


5. Межвоенный период (1921-1941 гг.).

После гражданской войны ГВСУ продолжало оставаться в составе НКЗ вплоть до августа 1929 г. При переводе Красной Армии на штаты мирного времени оно претерпело ряд изменений, имевших место в январе и мае 1921 г., в январе, апреле и мае 1922 г., в январе и сентябре 1923 г. По последнему из них ГВСУ включало командование, Политическую инспекцию и 6 отделов (административно-мобилизационный, врачебно-санитарный, снабжения, морской, са-
нитарные отделы Главного управления военно-учебных заведений - ГУВУЗ, Всеобуча и Объединенного государственного политического управления - ОГПУ).
Коррективы штатов управлений санитарной части фронтов, военных округов и армий имели место в мае 1921 г. и в мае, сентябре 1922 г. Помимо командования, политической части и канцелярии они включали отделы (отделения) административный, врачебно-санитарный и снабжения. Эвакуационные отделы были ликвидированы, а во втором из названных отделов создается мобилизационное отделение.
В августе 1924 г. ГВСУ преобразуется в В о е н н о - с а н и т а р н о е у п р а в л е н и е (ВСУ) РККА. В его структуре появились отделы организации и подготовки санитарной службы, который возглавил Б.К.Леонардов, и санитарной подготовки войск. Вместо отдела снабжения вводятся отделы общего и медицинского снабжения. Из управления исключаются морской санитарный отдел, санитарные отделы ГУВУЗ и Всеобуча. В последующем в штаты
ВСУ вносились изменения в феврале и ноябре 1925 г., в августе и ноябре 1928 г., уменьшившие его численный состав со 1О7 до 91 чел. В ноябре 1927 г. З.П.Соловьев уходит по состоянию здоровья с должности начальника ВСУ и на его место во второй раз назначается в октябре 1928 г. М.И.Баранов.
7 августа 1929 г. ВСУ РККА было изъято из состава НКЗ РСФСР и передано в ведение Наркомвоенмор (с 1934 г. реорганизован в Народный комиссариат обороны - НКО СССР), что имело принципиальное значение в деле приближения его деятельности к насущным потребностям Красной Армии. Штаты управления обновлялись в октябре и декабре 1929 г., феврале, апреле и ноябре 193О г., феврале 1931 г., январе 1932 г. и феврале 1933 г. В результате его отделы пре-
образовывались в сектора и наоборот, в 193О г. появился Научно-технический комитет.
В 1934 г. ВСУ реорганизуется в С а н и т а р н о е у п р а в л е н и е (СУ) РККА. По утвержденным в июле 1936 г. штатам в нем, кроме командования, имелись 5 отделов (организационно-мобилизационный, кадров, лечебный, санитарного снабжения и складов, заготовок медицинского и санитарного имущества), 6 самостоятельных отделений (научно-техническое, санитарно-химической защиты, санитарно-эпидемическое, подготовки, финансовое, по учету и распределению курортных путевок). Впервые предусматривалось наличие штатных главных медицинских специалистов: хирурга, терапевта, токсиколога, эпидемиолога и фармаколога.
В июне 1937 г. все функции по мобилизационному планированию были изъяты из ведения СУ РККА и сосредоточены в Генеральном штабе. Эта мера вскоре привела к серьезным недостаткам в мобилизационной готовности медицинской службы. В августе того же года
вместо репрессированного М.И.Баранова во главе управления был поставлен Ф.В.Рыбин. В 1938 г. все вопросы, касавшиеся руководства медицинской службой ВМФ, передаются в Санитарное управление вновь образованного Наркомата ВМФ.
В мае 1939 г. военно-медицинскую службу возглавил Е.И.Смирнов. Резкое возрастание объема работы управления в связи с необходимостью организации медицинского обеспечения локальных боевых столкновений 1939-194О гг. потребовало расширения существовавших и создания в его составе новых подразделений. Это, в частности нашло свое отражение в новом штате СУ РККА от октября 1939 г. В июне 194О г. при начальнике управления и во главе с ним образуется Ученый медицинский совет (УМС)/39/. Очередное изменение штата управления состоялось в сентябре того же года (рис 36). В его структуру входили командование, 1О отделов с 27 отделениями в них и 4 самостоятельные отделения. В числе отделов были организационно-мобилизационный, кадров, лечебный, санитарно-эпидемический, военно-медицинских учебных заведений, боевой подготовки, снабжения, заготовок, курортных и детских учреждений, финансовый. В составе самостоятельных отделений - административно-хозяйственное, санитарно-химической защиты, редакционно-издательское и секретное. В связи с наличием в Управлении ВВС отдела авиационной медицины принимается решение о ликвидации в структуре СУ РККА отдела санитарной службы ВВС и о создании вместо него соответствующей инспекции. Общая численность сотрудников управления со 142 чел. увеличивается до 212 чел.
В июле-сентябре 194О г. перерабатываются штаты санитарного управления фронта и санитарного отдела армии. В составе их командования, кроме начальников, состояли главные хирург, терапевт и эпидемиолог, а в числе отделов (отделений) - эвакуационный, лечебный, эпидемический, кадров и подготовки, снабжения.
Из важнейших шагов, сделанных военным руководством по завершении советско-финляндской войны, стала передача в сентябре 194Ог. из Генерального штаба в СУ РККА всех вопросов, связанных с подготовкой, учетом и расстановкой военно-медицинских кадров.

6. Великая Отечественная война 1941-1945 гг.

С началом В е л и к о й О т е ч е с т в е н н о й в о й н ы органы управления медицинской службы подвергаются существенной реорганизации. 11 августа 1941 г. СУ РККА преобразуется в Г л а в н о е в о е н н о - с а н и т а р н о е у п р а в л е н и е (ГВСУ), подчиненное во всех отношениях начальнику Тыла Красной Армии. Начальникам тыла всех нижестоящих звеньев были подчинены соответствующие органы управления медицинской службы. Исключение составил полк, где сохранилось ставшее затем традиционным прямое подчинение старшего врача части ее командиру.
В соответствии с новым штатом в составе ГВСУ вместо прежних отделов создавались управления лечебно-эвакуационное (начальник Л.А.Ходорков), кадров и подготовки (Л.Р.Маслов, затем Ю.М.Волынкин), снабжения медицинским и санитарно-хозяйственным имуществом (П.М.Журавлев, а после его гибели К.Д.Тиманьков) и новые отделы организации и формирования санитарной службы, санитарно-эпидемиологический, редакционно-издательский, финансовый. Кроме того, имелись административно-хозяйственное и секретное отделения. Продолжал действовать УМС. В состав штатных главных специалистов вошли: хирург - Н.Н.Бурденко, терапевт - М.С.Вовси, токсиколог - Ю.В.Другов, эпидемиолог - И.Д.Ионин, а с января 1942 г. Т.Е.Болдырев, инфекционист - И.Д.Ионин, оториноларинголог - Г.Г.Куликовский, психиатр - Н.Н.Тимофеев, патологоанатом - А.А.Васильев, а после его гибели в 1943 г. М.Ф.Глазунов. Среди нештатных главных специалистов состояли гигиенист - Ф.Г.Кротков, стоматолог- Д.А.Энтин, дермато-венеролог - С.Т.Павлов. Общая численность личного состава управления с 222 чел. увеличилась до 367.
28.08 1941 г. санитарно-эпидемиологический отдел преобразуется, как указывалось выше, в Противоэпидемическое и банно-прачечное управление во главе с Т.Е.Болдыревым; из числа штатных главных специалистов исключаются психиатр и патологоанатом. Для выполнения контрольных функций создается при военном комиссаре управления М.И.Редькине аппарат политинспекторов, а в ноябре 1941 г. - "инспекция по санитарной службе". Общая численность сотрудников управления сокращается до 283 чел.
В соответствии с новым штатом ГВСУ, объявленным в январе 1942 г., к нему прибавились должности трех заместителей главного хирурга (С.С.Гирголав, В.Н.Шамов и В.С.Левит) и старшего инспектора (В.В.Гориневская), а также заместителя главного терапевта (П.И.Егоров).В составе лечебно-эвакуационного отделения создается Справочное бюро о раненых и больных во главе с Ф.И.Акимочкиным.
В середине ноября 1942 г. вводится должность главного гинеколога (И.Ф.Жординиа) Красной Армии, а в начале декабря того же года в лечебный отдел Лечебно-эвакуационного управления - должность старшего помощника начальника отдела по переливанию крови. В январе 1943 г. в состав Управления кадров и подготовки включаются отделы укомплектования, военно-медицинских учебных заведений и санитарной подготовки, учета кадра и запаса и присвоения воинских званий. В мае того же года в Управление снабжения медицинским и санитарно-хозяйственным имуществом передается из Противоэпидемического и банно-прачечного управления отдел заготовок санитарной техники и банно-прачечного имущества, там же формируется отделение перевозок. В сентябре 1943 г. в Лечебно-эвакуационном управлении создается санаторно-курортный отдел. В том же году список главных специалистов Красной Армии пополнился офтальмологом Н.А.Вишневским. В мае 1944 г. в штат ГВСУ вводится еще одна должность заместителя начальника управления, а в марте - редакционное бюро по подготовке к изданию "Энциклопедического словаря военной медицины" во главе с Л.Я.Брусиловским. К исходу войны ГВСУ насчитывало 425 чел., в том числе 22 генерала, 125 офицеров, 278 человек вольнонаемного состава.
Произошли изменения и в органах управления медицинской службы фронтового и армейского объединений. В августе 1941 г. во фронтовых, распределительных и местных эвакопунктах (ФЭП, РЭП и МЭП) появляются политические отделы. В декабре того же года ликвидируются УГБА и руководство лечебной работой в ГБА поручается лечебному отделу управления полевого эвакопункта (УПЭП). В составе УФЭП и УПЭП в июле 1942 г. создаются нештатные, а с декабря того же года штатные отделы (отделения) по переливанию крови. В
августе 1943 г. управление головного отделения ПЭП (УГОПЭП) выводится из штата УПЭП, объединяется с эвакоприемником (ЭП) и переименовывается в управление головного полевого эвакопункта (УГПЭП) с ЭП. Емкость последнего с 1ООО мест уменьшается до 5ОО. Однако в 1943 г. УГПЭП вновь включается в состав УПЭП. В развитие института главных (старших) медицинских специалистов в ноябре 1942 г. в штат лечебного отдела УФЭП вводится должность старшего
инспектора-оториноларинголога; в апреле 1943 г. - помощника главного хирурга фронта - стоматолога фронта и стоматолога армии, главного гинеколога фронта (округа) и армейского гинеколога, а в декабре того же года - фронтового и армейского дерматовенерологов, а так же включается отделение переливания крови (ОПК). К 1944 г. относится включение в штат ВСУ фронта и СО армии должностей главного (старшего) оториноларинголога и окулиста. Всего к концу
войны во фронтовом звене насчитывалось 1О штатных и 5 нештатных, а в армейском - 7 штатных и 5 нештатных главных (старших) медицинских специалистов.
Рассмотренные выше преобразования в органах управления медицинской службы Красной Армии являлись объективным следствием действия целого комплекса факторов военного времени и были в целом направлены на наиболее успешное решение стоявших перед медицинской службой задач.

7. Послевоенный период.

П о о к о н ч а н и и в о й н ы в Европе ГВСУ обязано было провести по указанию военного руководства огромнейшую работу, связанную с медицинским обеспечением советских оккупационных войск, оставляемых на территории Западной Европы, соединений, возвращаемых на Родину и перебрасываемых на Дальний Восток. Предстояло также организовать обобщение богатейшего опыта войны. Уже 25 мая прошло заседание президиума УМС, на котором был заслушан доклад специальной комиссии по составлению "Отчета о деятельности военно-медицинской службы в Отечественную войну" и рассмотрен проект плана этого отчета. В октябре 1945 г. вышла директива ГВСУ о новых задачах медицинской службы в послевоенном периоде.
В марте 1946 г. состоялось постановление Совета Министров СССР "О научной разработке и обобщении опыта советской медицины во время Великой Отечественной войны 1941-1945 гг." В феврале 1947 г. завершается написание "Краткого отчета ГВСУ Красной Армии о работе в период войны".
Каких-либо изменений в 1945 г. в штате ГВСУ не произошло. Лишь в июле в составе Ставки главнокомандующего войсками на Дальнем Востоке было сформировано Военно-санитарное управление во главе с заместителем начальника ГВСУ Н.И.Завалишиным.
В соответствии с директивой Генерального штаба от 23.О3 1946 г. ГВСУ преобразуется в Г л а в н о е в о е н н о - м е д и ц и н с к о е у п р а в л е н и е (ГВМУ) Вооруженных Сил СССР.
По его новому штату от 28.О2 1947 г. упраздняется Лечебно-курортное управление и создаются отделы лечебный, курортный и военно-медицинской статистики; вместо Противоэпидемического и банно-прачечного управления образуются отделы гигиенический и эпидемиологический, а также новые отделы боевой подготовки, заказов и ремонта медицинского и медико-санитарного имущества.
Бывший начальник ГВМУ Е.И.Смирнов назначается 27.О4 1947 г. министром здравоохранения СССР, а Н.И.Завалишин - начальником ГВМУ. В 1952 г. его сменил П.Г.Столыпин.
25.04 1953 г. ГВМУ ВС реорганизуется в В о е н н о- М е д и ц и н с к о е У п р а в л е н и е (ВМУ) Министерства обороны СССР. Начальник ВМУ имел 4 заместителей (по общим вопросам, по политической части, по ВВС и ВМФ). Ему подчинялись, кроме прочих, главные хирург, терапевт (и их заместители), токсиколог, дерматовенеролог, оториноларинголог, окулист и стоматолог. В структуру управления входили Лечебно-курортное и Противоэпидемическое управления, а также целый ряд самостоятельных отделов, в
их числе авиационной и морской медицины, и Военно-медицинский технический комитет. В отличие от практики предвоенных и военных лет в ВМУ было сосредоточено руководство медицинской службой всех видов Вооруженных Сил СССР.

В Ы В О Д Ы

1. В первой четверти XYIII в., с созданием Петром I регулярной русской армии, в России оформляются все важнейшие признаки государственной системы ее медицинской службы: наличие руководящего центра - Аптекарского приказа, постоянных военных госпиталей, построенных на казенный счет; госпитальных школ,
готовивших национальные лекарские кадры, их окончательное закрепление штатным расписанием, а также нормативных документов, определявших деятельность медицинских чинов в мирное и военное время.
2. На протяжении XYII-XYIII вв. в медицинском обеспечении боевых действий Сухопутных войск преобладала система лечения раненых и больных на месте, без их эвакуации в тыл, что обусловливалось локальным характером войн, незначительными санитарными потерями, а главное - отсутствием практики подвоза к действующей армии материальных средств.
3. В начала ХIХ века в связи с появлением массовых армий, вооруженных огнестрельным оружием, увеличением размеров и изменением качественных характеристик санитарных потерь, маневренности боевых действий, закреплением практики систематического подвоза к действующей армии необходимых ей материальных и людских ресурсов система лечения раненых и больных на месте дополняется их регулярной эвакуацией в тыл.
4. В конце 2О-х - начале 3О-х годов XIX в. в военно-госпитальном деле произошли существенные преобразования, связанные с введением впервые в комплект полевых военно-врачебных учреждений штатных корпусных полевых госпиталей, а также "госпитальных кадров" медицинского имущества для их развертывания.
5. В 5О-х годах XIX в. эвакуационная система в медицинском обеспечении войск русской армии приобрела принципиально новое качественное содержание, связанное с внедрением по инициативе Н.И.Пирогова медицинской сортировки, налепной гипсовой (алебастровой) повязки как наиболее состоятельной транспортной иммобилизации при эвакуации тяжелораненых с огнестрельными переломами длинных трубчатых костей конечностей, а также "рассеяния" раненых по различным лечебным учреждениям страны.
6. В войнах России второй половины XIX в. - начала ХХ в. преобладала в процессе медицинского обеспечения Сухопутных войск эвакуационная система, соориентированная преимущественно на механический "извоз" из действующей армии в тыл всего "отработанного человеческого материала" - раненых и больных воинов по принципу "во что бы то ни стало", без учета при этом тяжести состояния эвакуируемых, нуждаемости их в оказании медицинской помощи и перспектив возвращения в строй.
7. Во второй половине XIX- начале ХХ вв. в связи с насущными запросами военно-медицинской практики военного времени возникает новая наука - "санитарная тактика", в становлении которой приняли активное участие П.П.Потираловский, В.В.Заглухинский, П.И.Тимофеевский.
8. К первой четверти ХХ века (в октябре 1915 г.) относится выдвижение В.А.Оппелем нового принципа в организации эвакуации раненых и больных на войне, основанного на "этапном лечении" с учетом прежде всего медицинских показаний.
9. Несмотря на неоднозначность социально-экономических и военно-политических проблем, вставших после октября 1917 г., медицинская службы Сухопутных войск новой, Красной Армии восприняла от своей предшественницы все рациональное в устройстве полевых медицинских формирований и в организации их работы в военное время на основе принципа этапного лечения, дополнив его в 3О-х годах требованием "эвакуации по назначению".
1О. В период Великой Отечественной войны 1941-1945 гг. медицинское обеспечение боевых действий Сухопутных войск было осуществлено комплексными усилиями, реорганизованных в ходе войны, медицинских сил и средств войскового, армейского и фронтового звена, во взаимодействии с органами гражданского здравоохранения в тылу страны, в соответствии с важнейшими требованиями единой полевой военно-медицинской доктрины, системы этапного лечения раненых и больных с их эвакуацией по назначению. Это позволило возвратить в строй 72,3% раненых и 9О,6% больных, или около 17 млн.
человек.
11. До начала XIX в. управление военным и гражданским здравоохранением в России сосредоточивалось последовательно в Аптекарском приказе (канцелярии), Медицинской канцелярии (коллегии), а с 18О2 г. - в Медицинском департаменте Министерства внутренних дел. Лишь в 18О5 г. руководство медицинской службой Сухопутных войск было сосредоточено в Медицинской экспедиции Министерства военно-сухопутных сил, преобразованного затем в Медицинский департамент Военного министерства, а позже - в ГВМУ, ГВСУ, ВСУ, СУ, ГВСУ, ГВМУ и ВМУ. До июня 1918 г. военные врачи, не обладая командно-административными правами, были фактически отстранены от непосредственного руководства всем целостным процессом медицинского обеспечения войск. Дальнейшее совершенствование системы и органов управления медицинской службы было связано с передачей военным врачам руководящих функций, укреплением единоначалия, унификацией их организационно-штатной структуры и методов работы.
12. Во время гражданской войны и военной интервенции прошло организационное становление органов управления центрального, окружного, фронтового и армейского звеньев медицинской службы Красной Армии. Однако ГВСУ РККА в августе 1918 г. было введено в состав НКЗ РСФСР на правах самостоятельного военно-санитарного отдела, что предопределило двоевластие в руководстве его работой.
13. В межвоенном периоде наибольшие преобразования претерпел центральный орган управления медицинской службы, когда ГВСУ в 1924 г. реорганизуется в ВСУ, а последнее в августе 1929 г. изымается из НКЗ, передается в ведение Народного комиссариата по военным делам и в 1934 г. переименовывается в СУ РККА.
14. Великая Отечественная война 1941-1945 гг. потребовала коренной перестройки структуры органов управления медицинской службы всех уровней, их подчинения (за исключением старшего врача полка) соответствующим органам управления тыла Красной Армии, а также срочной разработки методов управления подчиненными силами и средствами в стратегических оборонительных и наступательных операциях, проводимых группой фронтов.
15. В первые послевоенные годы дальнейшее совершенствование системы лечебно-эвакуационного обеспечения Сухопутных войск, а также методов управления их медицинской службой в военное время осуществлялось с учетом и на основе приобретенного в минувшей войне опыта.

Сообщение отредактировал БОРГЕЗЕ: 19 Август 2005 - 00:05

0

#14 Пользователь офлайн   БОРГЕЗЕ 

  • Постоянный участник
  • PipPipPip
  • Группа: ВРАЧ
  • Сообщений: 165
  • Регистрация: 04 Июль 05

Отправлено 19 Август 2005 - 00:14

ВОЕННО-МЕДИЦИНСКАЯ АКАДЕМИЯ

Гладких П.Ф.

Краткий очерк
становления и развития системы медицинского снабжения
Сухопутных войск Вооруженных Сил
России

Конец XYII в. - первая половина ХХ в.


Санкт-Петербург
1995 г.






РАЗВИТИЕ СИСТЕМЫ ВОЕННО-МЕДИЦИНСКОГО СНАБЖЕНИЯ

3.1. Конец XVIIв.-XVIIIв.

Первое упоминание о медицинском снабжении русской армии в походе относится к 16О5 г., когда царь Борис Годунов "послал нужные лекарства" войскам, осаждавшим Кромы. В "Уставе ратных и пушечных дел" (16О7) указывалось: "... лекарю же иметь телегу с четырьмя лошадьми, на чем ему свои лекарства и всякую потребу возить". С 1631 г. впервые с ведома Аптекарского приказа стали направлять в полки лекарей "с лекарней и зельем". Лекарства и аптекарские принадлежности общей стоимостью в то время в 5О руб. укладывались в специальный сундук. Указанные деньги высчитывались из жалованья лекаря, в связи с чем "зелье" отпускалось нуждающимся за плату.
Пополнение медицинским имуществом осуществлялось из запасов, закупаемых за границей, и, частично, создаваемых путем сбора лекарственных трав по натуральной и денежной повинностям населения, а также с аптекарских огородов и садов. Эти запасы с 1531 г. хранились в московской "старой" или "верхней" аптеке, а с 17О4 г. и в С.-Петербургской гарнизонной аптеке. Отсюда шло пополнение стационарных "полевых аптек", впервые учрежденных в 17О7 г., а из них - "походных" (подвижных) аптек. При последних устраивалась мастерская по ремонту "лекарских инструментов", велась подготовка аптекарских учеников и подмастерьев.
По "Уставу воинскому" (1716) в каждой дивизии должны были состоять аптека для пехоты и аптека для кавалерии, а при них – по одному аптекарю с 2 гезелями и 4 учениками. Лекарства в полки поступали бесплатно. Денежные на то расходы стали восполняться через систему вычетов денег из жалованья всех без исключения солдат и офицеров.
К 16О2 г. относится появление в России первой переводной фармакопии, а к 17О8 г. - номенклатуры медицинского имущества для русской армии в виде "Аптеки обозовой или служивой". В 1721 г. в С.-Петербурге учреждается "Мастеровая изба лекарских инструментов"
под управлением Василия Шершавина.
На протяжении всего ХYШ в. шло дальнейшее совершенствование аптечного дела в русской армии. В соответствии с "именным указом" 1726 г. в каждом полку полагалось иметь 2 повозки под полковую аптеку, что было подтверждено постановлением "О полевых подъемных лошадях" (1731). В марте 1736 г. издается "регламент о содержании полевых аптек". Порядок работы аптек в постоянных госпиталях определялся "Генеральным о госпиталях регламентом" (1735).
В 176О г. Мастеровая изба лекарских инструментов преобразуется в Инструментальную фабрику, а в 1799 г. - в Инструментальный хирургический завод. К С.-Петербургскому добавились Московский, Тобольский и Херсонский хирургические заводы. Снабжение аптек всех типов осуществлялось в соответствии с впервые составленной П.З.Кондоиди в 1765 г. "Военной фармакопеей", переизданной в 1779 г. В 1795 г. в С.-Петербурге была издана И.Елизеным "Фармакопея для российских сухопутных войск". Она включала "Расписание аптекарских веществ при полковых и батальонных аптеках" (содержало 115 наименований). К 1778 г. относится первое издание составленной Н.К.Карпинским "Государственной фармакопеи" (переиздана в 1799 г.).



2. XIX век.

В результате преобразований начала ХIХ в. заготовка медикаментов, хирургического инструментария, предметов ухода за ранеными и больными воинами, создание их запасов было возложено на Медицинский департамент Министерства полиции; снабжение перевязочными материалами - на Комиссариатский департамент Военного министерства.
В 1812 г. Я.В.Виллие издал "Положение для чрезвычайного снабжения лекарствами Большой действующей армии". В соответствии с ним общее руководство медицинским снабжением армии возлагалось на инспектора по "аптекарской части".
Дополнительно к создаваемым еще в мирное время "аптекарским магазинам" в ходе О т е ч е с т в е н н о й в о й н ы 1812 г.
формируются "временные запасные аптекарские магазины" (в Пскове, Смоленске и Киеве), состоявшие из стационарного и подвижного отделений. Последнее должно было содержаться во "всегдашней готовности" к немедленному следованию за армией. В этом случае оно переименовывалось в "главную подвижную аптеку". Из нее шло пополнение корпусных и полковых аптек. Часть имущества они получали также из передовых и вспомогательных аптек гражданского ведомства, путем закупок его на местах, реквизиций и использования трофеев. Снабжение лекарственными средствами всех аптечных формирований велось на основе нормативов, содержавшихся в "Аптекарской таксе" (18ОО), а работа их персонала регламентировалась "Полевой русской фармакопеи"(18О8) и "Российской военной фармакопеей"(1812). В 1818 г. состоялось ее третье, а в 184О г.- четвертое издания.
Шло дальнейшее развитие отечественной фармацевтической промышленности, представлявшейся С.-Петербургским, а до 1836 г. и Московским инструментальными хирургическими заводами. Качество их
продукции значительно улучшилось благодаря техническому директорству видных хирургов того времени. В частности, в их числе на С.-Петербургском заводе были с 1829 г. И.В.Буяльский, а с 1841 по 1856 гг. - Н.И.Пирогов. Количество и качество поставлявшихся этими заводами наборов хирургических инструментов полностью удовлетворял и потребности медицинской службы русской армии/.
В 6О-7О годах существовал следующий порядок накопления и распределения медицинского имущества. Та его часть, которая была предназначена для войсковых военно-врачебных заведений военного времени, хранилась на складах неприкосновенных запасов частей (с 1876 г.) и соединений, а для таких же заведений, но не приданных войскам, накапливалась в постоянных военных госпиталях или же на складах.Часть хирургического инструментария содержалась на С.-Петербургском инструментальном хирургическом заводе. Аптечное имущество и медикаменты сосредотачивались и в постоянных аптечных магазинах. Из них они отпускались временным аптечным магазинам и полевым подвижным аптекам в зависимости от количества формируемых с началом войны дивизионных подвижных лазаретов и военно-временных госпиталей, а также в соответствии с нормами действовавших и рассчитанных на годовую потребность каталогов.
Для дивизионных лазаретов это имущество отправляли в пункты формирования в количестве 4-месячной потребности. При этом все имущество укладывалось в аптечные повозки. В связи с тем, что подвижные госпитали создавались из 2 подвижных лазаретов, то медицинское имущество для них не накапливалось, а отпускалось по числу вошедших в него лазаретов.
В августе 1864 г. были утверждены новые штаты аптечных учреждений, подведомственных Медицинскому департаменту Военного министерства. Годом позже вводятся в действие переработанные каталоги для батальонных, полковых, вьючных аптек и аптек военных госпиталей, а также каталоги по медикаментам, материалам, припасам, аптечной посуде и хирургическим инструментам. В 1866 г. объявляется к руководству новая "Военная фармакопея".
К 1876 г. относится окончательная передача военно-медицинскому ведомству организации заготовки, хранения и отпуска всех предметов медицинского, лазаретного и госпитального имущества. В том же году были введены в действие новые Табели запаса материалам и перевязочным средствам для лазаретов полевых войск, вьюка, подвижного лазарета дивизии; предметам, помещенным в фельдшерской сумке, перевязочном ранце или кобуре. Корпия и губка окончательно исключаются из состава перевязочных средств, а вместо них вводится "нормальная повязка трех типов" и "шарики" на основе марли и гигроскопической ваты. В 1877 г. впервые в Табели хирургическим инструментам и аппаратам включаются "каучуковые бинты" (жгуты).
За время с 1865 по 1877 гг. в С.-Петербургском, Московском и Варшавском постоянных аптечных магазинах было сосредоточено медицинское имущество в расчете на 1,5 млн чел. (в полугодовой пропорции), для 12О военно-временных госпиталей (в 3-месячной пропорции), 48 подвижных дивизионных лазаретов (в 4-месячной пропорции) и для одной полевой подвижной аптеки.
В ходе р у с с к о - т у р е ц к о й войны 1877-1878 гг. полевая подвижная аптека с хирургической мастерской" открывается в Яссах, а с переходом русских войск за Дунай учреждаются 3 ее отделения (в Черноводах, Систове и Беле). Подвоз медицинского имущества на всех этапах осуществлялся по принципу "на себя", собственными транспортными средствами. Как выяснилось уже в ходе войны, принятые накануне каталоги и табели оказались перегружеными массой индифферентных лекарственных средств растительного происхождения, смол, устаревших перевязочных материалов и других "аптечных припасов".
Одновременно действовала система медицинского снабжения формирований Общества попечения о раненых и больных воинах. Для этих целей на территории страны были устроены 4 центральных аптечных склада, куда поступало имущество из местных складов этого Общества. В Кишеневе, Яссах и Бухаресте развертываются их передовые аптечные склады.
В п о с л е в о е н н о м п е р и о д е система военно-медицинского снабжения, по существу не меняя своего традиционного порядка, совершенствовалась за счет обновления регламентирующих
ее деятельность документов, а также каталогов и табелей медицинского и другого имущества.
В 1881 г. издается "Инструкция запасным магазинам о хранении неприкосновенных военных запасов медицинского заготовления" на 144 военно-временных госпиталя, замененная в 1894 г. "Инструкцией о наряде и хранении неприкосновенных медицинских запасов военно-врачебных учреждений военного времени в аптечных магазинах и складах". Для осмотра и освежения имущества предусматривалось двукратное в течение года (в марте и сентябре) его вскрытие специально назначавшейся комиссией. В 1886 г., а затем в 1895 г. вводятся в действие "Каталоги перевязочных средств, хирургических инструментов и аппаратов в мирное и военное время".
В своей практической деятельности аптечные работники руководствовались требованиями "Военной фармакопеи",изданной в 1896г. В этом же году С.-Петербургский инструментальный хирургический завод реорганизуется в Завод военно-врачебных заготовлений. Во главе его был поставлен штаб-офицер. В 19О3 г. проверявшей его производственную деятельность комиссией отмечается полная ее запущенность, особенно инструментального производства. В целях не допущения впредь подобного при заводе учреждается из видных хирургов постоянно действующая комиссия. Она была обязана дважды в год докладывать Военно-медицинскому ученому комитету "о качестве, удобстве и современности" выпускаемых заводом хирургических инструментов.
Организация снабжения военно-врачебных заведений, не приданных войскам, осуществлялась в военное время управлением полевого госпитального инспектора, а снабжение войск и военно-врачебных заведений, приданных дивизиям, предметами "медицинского довольствия" - правлением полевого военно-медицинского инспектора, что свидетельствовало о своеобразной двойственности в этом важном вопросе.

3.3. Начало XX в.

Во время р у с с к о - я п о н с к о й войны 19О4-19О5 гг. впервые проблемы военно-медицинского снабжения были решены более или менее удовлетворительно.Еще в подготовительном периоде удалось сосредоточить в 3 полевых аптеках (Хабаровск, Порт-Артур и
Чита) медицинское имущество в общей сложности на 125 тыс.чел., 5 бригадных лазаретов, 1О8 полевых госпиталей и 12 военно-санитарных транспортов.
Кроме того, в постоянных аптечных магазинах внутренних военных округов хранились запасы на 2 млн 736 тыс, чел., оснащение 9 бригадных, 88 дивизионных лазаретов, 712 поле вых и 35 крепостных госпиталей, 2О военно-санитарных транспортов и 3О военно-санитарных поездов. В дополнение к ним РОКК устраиваются центральные аптечные склады в Хабаровске, Никольске-Уссурийском, Чите и Иркутске, а также вспомогательные аптечные склады в разных пунктах вблизи действующей армии.
После разделения Маньчжурской армии на 3 частные армии и сформирования для каждой из них по полевой аптеке в их адрес направляется медицинское имущество из расчета на 1О корпусов (в 4-месячной потребности). Для обеспечения заготовки требуемого медицинского имущества на местах каждому временному аптечному магазину был выделен кредит в 3О тыс.руб.
Во время войны впервые все воины действующей армии были снабжены "индивидуальными пакетами перевязочного материала", хранившимися в "особо для того изготовленных в шароварах карманах". К сожалению, из-за отсутствия в России развитой фармацевтической промышленности большинство медикаментов, значительная часть сырья для их производства на отечественных предприятиях, в том числе и сталь для Завода военно-врачебных заготовлений, доставлялась из-за границы и в большей части из Германии.
В м е ж в о е н н о е д е в я т и л е т и е (19О5-1914гг.)
принимается множество важнейших документов, регламентировавших систему военно-медицинского снабжения военного времени, но без внесения каких-либо существенных изменений в ее принципиальную схему. По-прежнему оставались аптеки военно-врачебных заведений, полевые аптеки, временные и постоянные аптечные магазины и аптечные склады.
Издаются обновленные "Свод каталогов медикаментам, аптечным предметам и перевязочным средствам для частей войск и лечебных заведений на мирное и военное время" (19О8), "Свод каталогов врачебным предметам, хирургическим инструментам и аппаратам для снабжения военных госпиталей, усиленных и местных лазаретов и частей войск", "Правила о порядке требования и отпуска врачебных предметов, хирургических инструментов и аппаратов", "Инструкция аптечным магазинам" (19О9). Подверглись пересмотру штаты временного аптечного магазина, крепостной аптеки, каталоги и табели медикаментам, аптечным и врачебным предметам, перевязочным и дезинфекционным средствам, приборам и вещам для санитарно-гигиенических и дезинфекционных отрядов и др. В 1913 г. издаются новые "Правила о порядке требования и отпуска медикаментов, аптечных и перевязочных предметов", вводится в действие "Российская военная фармакопея" взамен фармакопеи 1896 г.

Во время п е р в о й м и р о в о й в о й н ы 1914-1918гг. рухнула господствовавшая ранее теория организации военно-медицинского снабжения за счет накапливаемых в мирное время запасов. Они быстро истощились, и во всю ширь встала проблема организации производства различных видов медицинского имущества в условиях отсутствия в России развитой фармацевтической и сопутствующей ей промышленности. Из 118 предметов медико-санитарного имущества, числившегося по каталогам военного ведомства, в стране заготавливалось всего лишь 38, остальные ввозились из-за границы. За необходимой помощью Россия была вынуждена обратиться к Франции, Англии, Америке и даже Японии, а также принять срочные меры к расширению собственного производства. Все эти и другие проблемы решались "Особым совещанием для объединения мероприятий по обеспечению действующей армии предметами боевого и материального снабжения", а в ее системе - "Комиссией по пересмотру норм санитарного и медицинского снабжения армии" под председательством А.И.Гучкова.
В марте 1916 г. вышел запоздавший приказ N 134 Верховного начальника санитарной и эвакуационной части "О принятии мер к развитию отечественного производства лекарственных средств в целях удовлетворения нужд армии и флота и вообще Империи". В соответствии с ним предусматривалось формирование особого отдела "для организации химико-фармацевтической промышленности в России". Уже после Февральской революции 1917 г. при ГВСУ образуется "Временная комиссия по снабжению армии предметами санитарного довольствия", обличенная широкими полномочиями.
Большая часть хирургического инструментария и перевязочных материалов поставлялась Заводом военно-врачебных заготовлений, где более 2 тыс.рабочих трудились в 3 смены. За день работы здесь обрабатывалось около 5О тыс.м марли, тонна гигроскопической ваты, изготавливалось до 2О тыс. индивидуальных перевязочных пакетов и 4О тыс. бинтов. Кроме того, завод выполнял функции Центрального аптечного склада. Снабжение же санитарно-хозяйственным имуществом осуществлялось через склады Интендантского управления.
Всего имелось 7 аптечных магазинов и 6 аптечных складов. Из них 3 (Двинский, Бреститовский и Кременчугский) являлись базовыми. На фронтах действовали полевые аптеки. Крепостные аптеки формировались по специальному распоряжению ГУГШ. При значительном удалении полевых аптек от аптечных магазинов (аптечных складов) между ними развертывались временные аптечные магазины. Дополнительно к полевым аптекам открывались их подвижные отделения. К началу 1917 г. на фронтах насчитывалось 9 полевых аптек и 38 подвижных отделений.
Значительную помощь военно-медицинскому ведомству и армии в деле медицинского снабжения оказали различные общественные организации и частные лица. Для этих целей при Главном управлении РОКК был образован Совет складов. Только в 1915 г. на пополнение запасов медицинского имущества РОКК было затрачено 24 млн.рублей, а Земским союзом - 1,2 млрд. рублей.

. Гражданская война и военная интервенция (1918-1920 гг.).

П о с л е О к т я б р ь с к о й р е в о л ю ц и и 1917 г. и начала строительства регулярной Красной Армии были приняты экстренные меры к недопущению расхищения медико-санитарного имущества, оставшегося от прежней русской армии. "Для упорядочения и ведения фармацевтической части" при реорганизованном ГВСУ в конце июня 1918 г. создается фармацевтическая коллегия. Однако она просуществовала недолго, до октября того же года. Все ее дела передаются в фармацевтический подотдел ГВСУ, при котором создается комиссия по переработке ранее действовавших нормативных актов, касавшихся "военно-аптечного дела". В августе все вопросы военно-медицинского снабжения сосредотачиваются в хозяйственном отделе, а с сентября 1919 г. - в отделе медицинского снабжения ГВСУ.
Продолжал действовать перешедший в ведение Петроградского окружного военно-санитарного управления Завод военно-врачебных заготовлений. В распоряжение ГВСУ передаются все материальные фонды, принадлежавшие ранее РОКК и другим общественным организациям.
Для организации фактического медицинского снабжения Красной Армии и ее лечебных учреждений в ноябре 1918 г. в Москве создается Центральный военно-аптечный магазин. По специальным штатам формируются 8 отделений полевых военно-аптечных магазинов, выделяется кредит в 1 млн.187 тыс.рублей. В марте 1919 г. вводится в действие "Табель лазаретным вещам, материалам и припасам для частей войск в военное время". С ноября следующего года воссоздается работа при полевых военно-аптечных магазинах мастерских для ремонта хирургических инструментов.

Межвоенный период (1921-1941 гг.).

П о с л е г р а ж д а н с к о й в о й н ы ввиду активно проходившего демобилизационного процесса многомиллионной армии срочно решались задачи, связанные с передачей значительной части медицинского имущества органам гражданского здравоохранения, закладкой другой его части в неприкосновенные запасы на случай возобновления военных действий; организацией медицинского снабжения оставшихся после демобилизации частей, соединений и объединений и
их медицинских формирований. Начала работать Комиссия для пересмотра и пересоставления действующих табелей по штатам мирного и военного времени. Вводится в действие новая "Инструкция по комплектации, хранению и освежению имущества неприкосновенного запаса учреждений и заведений военно-санитарного ведомства и частей войск".
В ходе военных реформ 1924-1928 гг. доводятся до конца переучет медико-санитарного имущества, его пополнение и освежение на складах неприкосновенных запасов. С 1926 г. взамен централизованного вводится децентрализованный порядок медицинского снабжения войск и военно-лечебных учреждений. Разрабатываются новые "Список предметов, помещаемых во врачебные сумки на военное время" (1925), "Описи хирургических наборов" (1926) и "Инструкция по наряду, укладке, хранению, освежению и учету военно-санитарного имущества неприкосновенных запасов" (1927).
В период военно-технической реконструкции Красной Армии 1929-1938 гг. ее военно-медицинским снабжением занимались два отдела ГВСУ: отдел санитарного снабжения и складов и отдел заготовок медицинского и санитарного имущества. Под их руководством и при методической помощи "стандартной секции" Научно-технического комитета этого же управления (с 1931 г. - научно-технического сектора НИИСИ РККА) завершается пересмотр содержания действовавших табелей и каталогов медико-санитарного и другого имущества, его стандартизация, типизация и унификация. В 1936 г. издается "Сборник комплектов и норм медико-санитарного имущества на военное время", который вновь перерабатывается в 1938 г.
Опыт л о к а л ь н ы х б о е в ы х с т о л к н о в е н и й 1938 - 1939 гг., а также с о в е т с к о-
ф и н л я н д с к о й в о й н ы 1939-194О гг. в целом подтвердил правильность ранее разработанной системы военно-медицинского снабжения на военное время, но вместе с тем вскрыл ряд недостатков в содержании действовавших норм и в табелях медико-санитарного имущества, в качественном составе комплектно-табельного оснащения и медицинской техники. Возникшие проблемы были детально обсуждены на первых двух пленумах Ученого медицинского совета (УМС) при начальнике СУ РККА.
В соответствии с новым штатом этого управления общее руководство военно-медицинским снабжением осуществлялось отделами: снабжения (с отделениями медицинским, санитарно-техническим, санитарно-хозяйственного снабжения и складским) и заготовок (с отделениями химико-фармацевтического снабжения, врачебно-хирургического имущества, санитарной техники, полевых установок).
В итоге проведенной работы из ранее входивших в номенклатуру медицинского имущества 2О5 наименований различных медикаментов в обращении было оставлено для войск 89 и госпиталей 118. Перечень технических средств включал 1ОО наименований. Составляется моби-
лизационная заявка на год войны. Военно-медицинское снабжение стало регламентироваться новыми "Сборником норм и табелей медико-санитарного имущества на мирное время", "Инструкцией по комплектованию, хранению, освежению и учету неприкосновенных запасов медико-санитарного имущества Красной Армии" (1939), "Положением о снабжении медико-санитарным имуществом на военное время", "Сборником комплектов медико-санитарного имущества для частей и учреждений Красной Армии на военное время" (194О), а также "Схемой
комплектования медико-санитарным имуществом частей и учреждений Красной Армии" (1941). Однако осуществить на деле переукомплектование неприкосновенных запасов в соответствии с новыми нормативными документами к началу войны не удалось.

Великая Отечественная война 1941-1945 гг.

Неудачный исход для Красной Армии приграничного сражения в начальном периоде Великой Отечественной войны 1941-1945 гг. самым непосредственным и негативным образом отразился на решении многочисленных проблем военно-медицинского снабжения. На медицинских складах западных приграничных военных округов, складах неприкосновенных запасов войсковых частей и соединений, гарнизонных медицинских учреждений, непредусмотрительно сосредоточенных вблизи границы, в первые же часы войны погибли почти все медико-санитарное имущество и техника.
В результате этих невосполнимых потерь, а также эвакуации в тыл предприятий химико-фармацевтической промышленности руководство медицинской службой - в лице созданного в августе 1941 г.
Управления снабжения медицинским и санитарно-хозяйственным имуществом ГВСУ во главе с П.М.Журавлевым, а после его гибели Д.К.Тиманьковым - было вынуждено: организовать снабжение действующих войск из Московского центрального санитарного склада N 32О, его 3 филиалов, медицинских складов тыловых военных округов; резко сократить номенклатуру используемого медико-санитарного имущества, состав комплектно-табельного оснащения; приступить к формированию вместо громоздких армейских головных санитарных складов(ГСС) более мобильных полевых армейских санитарных складов (ПАСС); принять срочные меры к налаживанию производства требуемого медико-санитарного имущества в восточных регионах страны; ввести режим заготовки его на местах, жесткой экономии и повторного использования перевязочных материалов.
В конце 1942 г. - начале 1943 г. появился новый источник снабжения - трофеи. Для предотвращения разбазаривания и обеспечения правильного использования трофейного медико-санитарного имущества была издана директива ГВСУ, направленная начальникам ВСУ фронтов в марте 1943 г. В декабре того же года издается краткий справочник "Трофейное германское имущество". Большим подспорьем в улучшении медицинского снабжения действующей армии стали поставки медицинского имущества союзными нам государствами по импорту и ленд-лизу. Они позволили удовлетворить почти на 4О % потребности в сульфамидных препаратах, новокаине, глюкозе, палатках, впервые широко ввести в лечебную практику пеницеллин.
В ноябре 1943 г. специальной директивой ГВСУ было положено начало организации планомерного ремонта накопившейся в значительном количестве на фронтах неисправной санитарной техники и банно-прачечного оборудования. Для этих целей весной 1944 г. формируются 2 подвижные ремонтные базы, значительно облегчившие и расширившие деятельность ремонтных мастерских при ДИОФ.
Опыт войны позволил внести существенные коррективы в принципы военно-медицинского снабжения. Он, в частности, показал неприемлемость ранее практиковавшегося "автоматического" снабжения.
Согласно новому принципу, введенному в действие "Инструкцией по снабжению медико-санитарным имуществом в действующей армии" (1942), все это имущество в отношении его отпуска было разделено на имущество "особого перечня" или "боевого обеспечения" и
имущество "текущего довольствия". Первое отпускалось вне всякой очереди, по требованиям и заявкам, передаваемым по телеграфу (телефону, радио), а второе - раз в месяц для пополнения комплектов. В целях срочной доставки медицинского имущества нередко использовались санитарная и транспортная авиация.
В целом сложившаяся к концу войны система военно-медицинского снабжения включала (рис.21): в тылу страны - Центральный санитарный склад и его филиалы, санитарные склады МЭП и военных округов, во фронте - фронтовой санитарный склад, санитарный склад ФЭП, в армейском объединении - ПАСС, его отделения и санитарный склад ПЭП, в дивизии - запасы медико-санитарного имущества на подвижных складах соединения и ОМСБ.

Послевоенный период.

В первые п о с л е в о е н н ы е г о д ы органы военно- медицинского снабжения Советской Армии решали свои традиционные задачи, связанные с демобилизационным процессом, расформированием и переводом большого числа медицинских подразделений, частей и учреждений на штаты мирного времени, комплектованием требуемых неприкосновенных запасов, передачей части медико-санитарного имущества органам гражданского здравоохранения, организацией снабжения войск и лечебно-профилактических учреждений армии в условиях мирного времени, а также необходимостью обобщения приобретенного в ходе войны опыта. В итоге проведенной работы уже к 1947 г. были разработаны и изданы новые "Сборник комплектов медико-санитарного имущества для частей и учреждений Вооруженных Сил СССР", "Сборник норм и табелей медико-санитарного имущества для частей и учреждений фронтового района", "Сборник норм и табелей имущества медицинского снабжения для частей и учреждений тылового (внутреннего) района на военное время", "Сборник норм и табелей имущества медицинского снабжения для эвакуационных госпиталей, санитарных поездов и судов тылового (внутреннего) района на военное время" и др.


Выводы

1. Система централизованного снабжения лекарей русской армии и ее лечебных формирований лекарственными средствами за счет государства берет свое начало с первой четверти XVIII в. из соответствующих запасов, создаваемых в значительной мере путем их закупок за границей, сбора целебных трав с аптекарских огородов и садов, натуральной повинности населения, и сосредоточения этих средств в казенных аптеках стационарного и полустационарного типов.
2. В 1602 г. в России издается первая переводная Фармакопея, в 1708 г.- номенклатура медицинского имущества для русской армии, а в 1721 г. создается в С.-Петербурге Мастеровая изба лекарских инструментов.
3. К 30-м годам XVIII в. относится издание "Генерального о госпиталях регламента" (1735) и "Регламента о содержании полевых
аптек" (1736)- первых нормативных документов, определявших средства и порядок военно-медицинского снабжения в мирное и военное время. К 1760 г. относится учреждение С.-Петербургом инструментальной фабрики, преобразованной в 1799 г. в Инструментальный хирургический завод. В 1766 г. П.З.Кондоиди составил первую отечественную Военную фармакопею.
4. Начало 19 в. было ознаменовано составлением и изданием Я.В.Виллие "Положения для чрезвычайного снабжения лекарствами Большой действующей армии"(1812), вводившего строго регламентированную систему военно-медицинского снабжения на военное время, хорошо оправдавшую себя во время войны с наполеоновской Францией 1812-1815 гг.
5. 60-е годы XX в. перерабатываются и вводятся в действие новые штаты аптечных учреждений военного ведомства, каталоги и табели медицинского и санитарно-хозяйственного имущества, впервые изданная на русском языке Военная фармакопея (1866).
6. Опыт русско-турецкой войны 1877-1878 гг. потребовал очередного пересмотра системы военно-медицинского снабжения, переработки важнейших касающихся ее нормативных документов. Окончательно закрепляется практика создания в мирное время неприкосновенных
запасов медицинского и санитарно-хозяйственного имущества для обеспечения развертывания в военное время определенного количества военно-временных госпиталей. В 1896 г. издается переработанная Военная фармакопея, С.-Петербургский инструментальный хирургический завод преобразуется в Завод военно-врачебных заготовлений.
7. Начало XX в. знаменательно введением в 1904 г. на снабжение русской армии индивидуального пакета перевязочного материала, позволившего внедрить в практику военного времени оказание раненым первой помощи на основе само- и взаимопомощи. Опыт русско-японской войны 1904-1905 гг., достижения фармакологической науки и фармакогнозии потребовали очередного пересмотра всего комплекта традиционных нормативных документов военно-медицинского снабжения русской армии и ее медицинских учреждений. В 1913 г. вводится в действие новая Российская военная фармакопея.
8. Опыт первой мировой войны 1914-1917 гг. убедительно показал, что прошли те времена, когда военно-медицинское снабжение в большой войне возможно было более или менее удовлетворительно организовать на основе соответствующих запасов, созданных в мирное время, без организациии производства требуемого медицинского и санитарно-хозяйственного имущества в ходе войны предприятиями развитой отечественной медицинской и фармацевтической промышленности.
9. Становление системы военно-медицинского снабжения в создаваемой Красной Армии было сопряжено преодолением невероятных трудностей, вызванных истощением материальных ресурсов страны во время продолжавшейся первой мировой войны, еще большим усугублением обстановки вспыхнувшей гражданской войной и военной интервенцией. В своей основе она строилась на прежних принципах, но при нехватке требуемых медикаментов, перевязочных и других средств, а также квалифицированных фармацевтических кадров.
10. В условиях последовавшего после гражданской войны мирного двадцатилетия в стране была создана дееспособная национальная медицинская и фармацевтическая промышленность, позволившая в значительной мере удовлетворить нужды медицинской службы Красной Армии, осуществить в 30-е годы унификацию и стандартизацию, а также внедрить систему комплектно-табельного оснащения медицинского имущества, существенным образом пересмотреть его каталоги, табели и нормы на мирное и военное время.
11. Во время Великой Отечественной войны 1941-1945 гг. система военно-медицинского снабжения выполнила стоявшие перед ней задачи, несмотря на утрату в первые же ее дни значительных мобилизационных запасов медицинского имущества в западных приграничных военных округах, вызванные этими обстоятельствами пересмотр в сторону сокращения ранее разработанных его норм, табелей и каталогов, режим экономии, повторное использование перевязочного материала, применение в лечебной практике трофейных, а также поступавших по ленд-лизу медикаментов и медицинского имущества.
12. В первые послевоенные годы дальнейшее совершенствование системы военно-медицинского снабжения в военное время основывалось на богатейшем опыте минувшей войны с учетом возможностей страны по удовлетворению соответствующих потребностей строительства медицинской службы Вооруженных Сил СССР.





Добавлено:

Военно-медицинская академия

Доктор медицинских наук
П.Ф.ГЛАДКИХ, Х.Г.ЦОКИЕВ


РАЗВИТИЕ САНИТАРНО-ГИГИЕНИЧЕСКОЙ И ПРОТИВОЭПИДЕМИЧЕСКОЙ ОРГАНИЗАЦИИ СУХОПУТНЫХ ВОЙСК РОССИИ
(Конец XVII в. - первая половина XX в.)
Учебное пособие

Санкт-Петербург. 1997 г.

1. Конец XVII в.- XVIII в.

На Руси издревле была известна особая пагубность для народа и боевых дружин "мировых поветрий" - часто посещавших эпидемий холеры, чумы и прочих "прилипчивых" болезней. На протяжении XYII-XYШ столетий в борьбе с ними применялась строгая изоляция заболевших и самих эпидемических очагов. Первым запрещалось выходить за пределы своего двора, а на путях к последним выставлялись заставы из "лучших людей" с возведением на них виселиц для тех, кто рискнет нарушить режим обсервании и карантинизации (от 2 недель до 2 месяцев). Дома умерших от таких болезней, их одежда и личные вещи, как правило, придавались огню. Захоронение трупов осуществлялось в специально отведенных местах.
В период русско-турецкой войны 1768-1774 гг., сопровождавшейся вспышкой "моровой язвы" (чумы) среди населения Молдавии, главнокомандующий русской армии П.А.Румянцев был вынужден изменить маршрут выдвижения войск, учредить "опасные госпитали".
Выдающийся вклад в изучение природы чумы, а также в организацию борьбы с нею внес своими изысканиями и практическими мерами Д.С.Самойлович (1744-18О5), по праву считающийся основоположником отечественной военной эпидемиологии. С 1797 г. берет свое начало медико-полицейский надзор полковых лекарей и дивизионных докторов за доброкачественностью поставляемых в войска воды и продовольствия, за санитарным состоянием казарм, лагерей, гарнизонов и кре

2. XIX век

Особый интерес к этой стороне медицинского обеспечения войск был проявлен в начале и в первой половине XIX века такими выдающимися деятелями отечественного военного здравоохранения, как М.Я.Мудров (1776-1831) - автор "Слова о пользе и предметах военной гигиены, или науки сохранять здоровье военнослужащих" (18О9), И.Г.Энегольм (176О-1838), написавший "Карманную книгу военной гигиены, или замечания о сохранении здоровья русских солдат" (1813), Я.И.Говоров (1779-1828) - "Всеобщую историю врачебного искусства и опыт краткого врачебного обозрения кампании 1812-1815 гг." (1818), Р.С.Четыркин (1797-1865) - "Опыт военно-медицинской полиции, или правила к сохранению здоровья русских солдат в сухопутной службе" (1833) и "Приложения к наставлению по части военно-медицинской полиции" (185О), А.А.Чаруковский (1798-1848) - "Рассуждения о военной медицине вообще и в каком состоянии находится она в России"(1836-1837) и "Народная медицина, примененная к русскому быту и разноклиматичности России" (1844).
Величайшие открытия в области биологии, медицинской микробиологии и бактериологии второй половины XIX в. - начала ХХ в., появление асептики и антисептики, завершение оформления гигиены в самостоятельную науку - все это способствовало организации противоэпидемического и санитарно-гигиенического обеспечения войск на подлинно научной основе. Накануне и в ходе р у с с к о-т у р е ц к о й в о й н ы 1877-1878 гг. были введены в действие "Инструкция для сохранения здоровья воинских чинов действующей армии", "Инструкция для дезинфекции лазаретов, вагонов, санитарных поездов, полей сражений, мест лагерных стоянок и взятых осадой городов и крепостей" (1876) и "Инструкция о мерах предупреждения развития заразных заболеваний" (1877). Этими документами руководствовались не только медики действующей армии, но и направленные туда так называемые
"ассенизационные комиссии", в составе которых были в качестве врачей-специалистов по гигиене профессора Ф.Ф.Эрисман и А.П.Доброславин. Несмотря на значительный объем проведенной ими противоэпидемической работы на Дунайском и Кавказском театрах войны, развитие эпидемических заболеваний в русской армии предотвратить не удалось, и число инфекционных больных почти в 8 раз превышало число раненых.

3. Конец XIX в. - начало XX в.

Учитывая опыт прошлых войн, руководство медицинской службой русской армии добилось включения в 1887 г. в комплект полевых формирований, приданных дивизиям, дезинфекционного отряда (один на соединение), а в 19О4 г. в состав средств, не приданных дивизиям, - санитарно-гигиенического отряда (один на корпус). В этой связи следует считать ошибочным утверждение авторов монографий "Войны и эпидемии" (М., 1988. С.29), что якобы "штатных противоэпидемических учреждений в русской армии не было"/5/. Знаменательным событием также явилось введение штатной должности армейского врача-гигиениста, врача для поручений при нем и походной лаборатории. В числе нештатных противоэпидемических формирований были всевозможные "центральные" и "летучие" санитарные отряды, здоровья воинских чинов действующей армии", "Инструкция для дезинфекции лазаретов, вагонов, санитарных поездов, полей сражений, мест лагерных стоянок и взятых осадой городов и крепостей" (1876) и "Инструкция о мерах предупреждения развития заразных заболеваний" (1877). Этими документами руководствовались не только медики действующей армии, но и направленные туда так называемые "ассенизационные комиссии", в составе которых были в качестве врачей-специалистов по гигиене профессора Ф.Ф.Эрисман и А.П.Доброславин. Несмотря на значительный объем проведенной ими противоэпидемической работы на Дунайском и Кавказском театрах войны, развитие эпидемических заболеваний в русской армии предотвратить не удалось, и число инфекционных больных почти в 8 раз превышало число раненых.

1.3. Конец XIX в. - начало XX в.

Учитывая опыт прошлых войн, руководство медицинской службой русской армии добилось включения в 1887 г. в комплект полевых формирований, приданных дивизиям, дезинфекционного отряда (один на соединение), а в 19О4 г. в состав средств, не приданных дивизиям, - санитарно-гигиенического отряда (один на корпус). В этой связи следует считать ошибочным утверждение авторов монографий "Война и эпидемии" (М., 1988. С.29), что якобы "штатных противоэпидемических учреждений в русской армии не было"/5/. Знаменательным событием также явилось введение штатной должности армейского врача-гигиениста, врача для поручений при нем и походной лаборатории. В числе нештатных противоэпидемических формирований были всевозможные "центральные" и "летучие" санитарные отряды, оснащенные бактериологическими лабораториями, а также дезинфекционные отряды РОКК и других общественных организаций. Некоторые полевые госпитали обеспечивались химико-бактериологическими лабораториями, дезинфекционными камерами и укомплектовывались специально подготовленным персоналом. С 1898 г. берут свое начало первые опыты, проводимые В.Х.Високовичем в русской армии по иммунизации против брюшного тифа.
В своей повседневной работе военные медики стали руководствоваться новыми "Наставлением об охранении здоровья войск действующей армии", "Инструкцией о мероприятиях против развития и распространения заразных болезней в армии" (19О4), "Наставлением о предупреждении и ограничении развития холеры в войсках" (19О5)
и другими документами.
Однако в о в р е м я р у с с к о-я п о н с к о й в о й н ы 19О4-19О5 гг. русской армии не удалось избежать развития эпидемий инфекционных заболеваний (рис.1) в силу распространения
их среди прибывавшего в войска пополнения, местного населения, позднего выявления и несвоевременной изоляции инфекционных больных, отказа от проведения профилактических прививок против брюшного тифа и от санации против дизентерии, огульной эвакуации инфекционных больных общим потоком в тыл страны.
П о с л е р у с с к о-я п о н с к о й в о й н ы положением Военного совета от 12.11 19О9 г. было подтверждено наличие в комплекте штатных противоэпидемических учреждений военного времени дезинфекционных и санитарно-гигиенических отрядов. Их новые штаты и табели имущества объявляются в сентябре 1914 г. Дезинфекционные отряды, как и ранее, предназначались для ведения дезинфекционных работ, в том числе и при уборке полей сражений. Санитарно-гигиенические отряды выявляли причины возникновения и распространения инфекционных заболеваний, изолировали больных с оказанием им первой врачебной помощи, проводили текущую дезинфекцию. В июне 1916 г. в их штат вводится подвижная бактериологическая лаборатория.
С ноября 19О5 г. под руководством профессора А.Я.Данилевского начались работы по научному обоснованию рационального питания личного состава русской армии, завершенные в 19О7 г. изданием "Новых пищевых раскладок для нижних чинов с пояснительными к ним
записками".
В п е р в у ю м и р о в у ю в о й н у 1914-1917 гг. Россия вступила с неблагополучной санитарно-эпидемической обстановкой по целому ряду инфекционных болезней, еще более осложнившейся с развитием миграционных процессов, связанных с доставкой на многочисленные фронты в качестве пополнения почти 8 млн.чел. и с беженством населения из прифронтовых районов. Для предотвращения заноса в войска инфекционных болезней из тыла страны с пополнением были устроены своеобразные "противоэпидемические фильтры" в виде нештатных головных (армейских), промежуточных (сборных) и начальных санитарных этапов. По замыслу создателей такой системы, на каждой основной коммуникационной линии ни одна направлявшаяся в действующую армию воинская команда не должна была миновать соответствующим образом оснащенных санитарных этапов. Они, несомненно, проделали большую работу, но, как показала практика, их количество и пропускная способность оказались недостаточными, а на многих из них не удалось добиться строгого соблюдения противоэпидемического режима. И, как итог, в 1916 г. заболеваемость в армии возросла, по сравнению с 5 месяцами (август-декабрь) 1914 г.: брюшным тифом - в 1,3 раза, сыпным тифом - в 23, возвратным тифом - в 8ОО, дизентерией - в 3,3 раза, натуральной оспой - в 2,4 раза.
В своей работе по санитарно-гигиеническому и противоэпидемическому обеспечению войск военные медики руководствовались переработанными и введенными в действие в июне 1914 г. "Наставлением об охранении здоровья войск действующей армии", "Инструкцией для сортировки заразных больных и перевозки их в военно-санитарных поездах", а также "Инструкцией о мероприятиях против развития и распространения заразных болезней в армии" (1915). Однако содержавшиеся в них научно обоснованные требования соблюдены на практике не были из-за нехватки необходимых для этого сил и средств и ввиду разобщенности в деятельности имевшихся в наличии. К сентябрю 1915 г. на фронтах работали 192 инфекционных госпиталя всего на 25 тыс. коек, из которых 1О9 принадлежали различным общественным организациям. Дополнительно к ним в 44 губерниях России было развернуто 149 таких лечебных учреждений всего на 169 тыс.коек. Для эвакуации инфекционных больных выделяется 26 "заразных" санитарных поезда. На ряде фронтов оборудуются "заразные городки". На средства общественных организаций была организована работа 1126 банно-прачечных отрядов и бань, 299 механических и ручных прачечных и 13 банно-прачечных поездов.
Со значительным опозданием, в марте 1916 г. вводятся в действие такие важные документы, как "Правила санитарной службы изоляционно-пропускных пунктов на железной дороге", "Правила для предупреждения разноса заразных заболеваний воинскими командами различных назначений и партиями беженцев, переселенцев, рабочих и военнопленных", "Таблицы сроков выдержки подозреваемых по заразе и заразных лиц". Запоздавшим и ограниченным оказалось также "высочайшее повеление" от 14.О8 1915 г. о проведении во всех частях войск, учреждениях и заведениях военного ведомства только "внутренних" военных округов массовой вакцинации против брюшного тифа и холеры с применением тифо-холерной дивакцины и гретой холерной моновакцины. Что же касается личного состава действующих войск, то его вакцинация допускалась лишь с разрешения главнокомандующих фронтов, при "особо благоприятных обстоятельствах во время боевого затишья", силами специально формируемых в основном Земским союзом прививочных отрядов. К исходу 1916 г. было иммунизировано до 9О % всего личного состава войск/12/. Однако к военно-политическим событиям октября 1917 г. Россия и ее вооруженные силы подошли в состоянии неминуемой "санитарной катастрофы".

1.4. Гражданская война и военная интервенция (1918-1920 гг.)

Разразившаяся в 1918 г. г р а ж д а н с к а я в о й н а и начавшаяся в о е н н а я и н т е р в е н ц и я окончательно ввергли страну в полосу эпидемий, а затем и пандемий тифов и других инфекционных заболеваний, что незамедлительно сформировало чрезвычайно неблагополучное санитарно-эпидемическое состояние войск только что созданной Красной Армии. Началась упорнейшая работа по созданию дееспособной противоэпидемической организации, опирающейся в своей повседневной деятельности на всемерную поддержку государственных органов и широких слоев общественности. С принятием в августе 1918 г. постановления СНК о включении ГВСУ в НКЗ РСФСР на правах самостоятельного, военно-санитарного отдела противоэпидемические функции последнего, возложенные на санитарно-эпидемическое отделение врачебно-санитарного отдела, "сливались с функцией соответствующей секции НКЗ". В августе 1918 г. при РВСР, РВС фронтов и армий были образованы чрезвычайные военно-санитарные комиссии (ЧВСК) по борьбе с эпидемиями. В санитарных частях фронтовых и армейских объединений, единый штат которых впервые был введен в октябре того же года, противоэпидемическая работа возлагалась на их санитарно-гигиенические отделы (отделения). Годом позже в штат ГВСУ, санитарных частей фронтов и армий включаются банно-прачечные отделы (отделения). В дивизии имелся помощник дивизионного врача по противоэпидемической работе. В состав штатных противоэпидемических средств входили: в стрелковом полку - изолятор войскового лазарета, в бригаде - изолятор лазарета и дезинфекционный отряд, в дивизии - санитарно-гигиенический и эпидемический (с бактериологической лабораторией и лазаретом на 5О коек) и дезинфекционный отряды, объединенные в конце войны в санитарно-эпидемический отряд; в армии и во фронте - дезинфекционные отряды, химико-бактериологические лаборатории и инфекционные госпитали, стационарные, летучие банно-прачечные и банно-строительные отряды. Положение о последних трех и их штаты были объявлены в декабре 1919 г. Кроме того, действовали банно-прачечные поезда ГВСУ, окружные военно-санитарные дезинфекционные и этапные военно-прачечные отряды, "поездные банные летучки".
Большую работу по выявлению и организации лечения на месте инфекционных больных проделали развернутые на важнейших эвакуационных направлениях распределители-заградители, изоляционно-пропускные и карантинные пункты, руководствовавшиеся в своей деятельности требованиями "Инструкции о санитарном надзоре за воинскими эшелонами" (1919), "Инструкции о дезинфекции подвижного состава на сети железных дорог Республики", "Инструкции для периодической эвакуации больных с изоляционно-пропускных пунктов" (192О) и др.
Так как борьба с эпидемиями являлась задачей особой государственной важности, то на заседаниях СНК и Совета Обороны она не сходила с повесток дня. Принимаемые ими декреты и постановления по противоэпидемическим проблемам лежали в основе соответствующих приказов РВСР, Наркомвоен, НКЗ и ГВСУ. В числе таких законодательных актов были декреты и постановления СНК "О мерах по борьбе с сыпным тифом", "О мерах борьбы с эпидемиями", "Об обязательном оспопрививании" (1919), "Об обеспечении Красной Армии и гражданского населения мылом" (192О); Совета Обороны - "Об образовании Особой Всероссийской комиссии РВСР по улучшению санитарного состояния Республики", "О неделе очистки всех железных дорог" (1919), "О мерах по улучшению санитарного состояния Западного фронта" (192О) и др. Именно во исполнение их развернулась в армии массовая иммунизация личного состава, его банно-прачечное и дезинфекционное обслуживание, борьба с санитарной безграмотностью
бойцов и командиров.

1.5. Межвоенный период (1921-1941 гг.)

При переводе Красной Армии на мирное положение и в последующие годы военных реформ (1921-1928) перед медицинской службой стояли сложнейшие задачи, связанные с демобилизационным процессом, ликвидацией тяжелых санитарных последствий первой мировой
и гражданской войн, обобщения богатого опыта работы ее противоэпидемической организации. До середины 1922 г. противоэпидемическую работу продолжали координировать ЧВСК при РВСР и ГВСУ, а затем - Центральная военно-санитарная и эпидемическая комиссия ГВСУ во главе с Д.К.Заболотным. На заседаниях Совета Труда и Обороны в 1921 г. четырежды рассматривалась проблема улучшения санитарных условий казарменного и полевого размещения войск. В том же году принимаются постановления СНК "О снабжении бактериологических институтов и лабораторий Республики, вырабатывающих лечебные, предохранительные и диагностические сыворотки", "О мерах по улучшению водоснабжения, канализации и ассенизации в Республике", "О мерах борьбы с сыпным и возвратным тифами", в 1922 г. - "О мерах борьбы с холерой", а в 1923 г. - "О мероприятиях по борьбе с малярией"/18/. В ходе их реализации большую работу проделали санитарные тройки и пятерки, санитарно-просветительные ячейки, комиссии чистоты, дивизионные и армейские прививочные центры, окружные санитарные станции. Санитарно-просветительная работы в войсках, организуемая с 1922 г. санитарно-просветительным отделением Политической инспекции ГВСУ, а с 1924 г. - помощником начальника этой инспекции по санитарному просвещению, все более приобретает черты плановой санитарной подготовки всего личного состава Красной Армии. Непосредственная реализация практических санитарно-гигиенических и противоэпидемических мероприятий была возложена на штатные силы и средства: полковые, бригадные и дивизионные банно-прачечные, гарнизонные банно-прачечно-дезинфекционные, а также окружные дезинфекционно-инструкторские отряды и банно-прачечные поезда. Проведенный комплекс санитарно-гигиенических и противоэпидемических мероприятий позволил снизить заболеваемость сыпным и возвратным тифами в Красной Армии со 125,68 % (1922) до 5,95 % (1923), брюшным тифом,соответственно - с 2,7 до 1,2 %, а заболеваемость холерой ликвидировать вовсе.
Период технической реконструкции Красной Армии открывался изданием в 1929 г. "Руководства по санитарной эвакуации в РККА", в котором также содержались сведения о средствах противоэпидемической службы действующей армии. В их числе состояли: в полку -
банно-дезинфекционный отряд для устройства в полевых условиях бань простейшего типа с пропускной способностью 2ОО-3ОО чел. в сутки; в дивизии - санитарно-эпидемический отряд (СЭО) с инфекционным лазаретом, лабораторией, дезинфекционной и банно-прачечной командами; в армии - лаборатория и прачечно-дезинфекционный отряд; во фронте - лаборатория, дезинфекционно-инструкторский отряд (ДИОФ) и инфекционные госпитали (ИГ).
В сменившем Руководство "Уставе военно-санитарной службы Красной Армии (войсковой район)" (1933) некоторые противоэпидемические вопросы были освещены совершенно по-новому. Эвакуация инфекционных больных по назначению предусматривалась на плече изо-
лятор - инфекционное отделение госпиталя или армейский ИГ, где они содержались до полного излечения.
Общее руководство противоэпидемической работой в Красной Армии было возложено на санитарно-эпидемический отдел (с 1936 г. - отделение) санитарного управления (СУ) РККА при непосредственном участии впервые введенного в штат управления главного эпидемиолога.
Важную роль в решении научных проблем медицинской службы, в том числе и в области санитарно-эпидемиологической, сыграл созданный в 1931 г. Научно-исследовательский санитарный институт (НИИСИ) РККА, а с 1936 г. - самостоятельные кафедры эпидемиологии
с курсом дезинфекции и военной гигиены Военно-медицинской академии.
Укреплялась материальная база санитарно-эпидемической службы. В 1932 г. в войска стали поступать обмывочно-дезинфекционные установки, лаборатории на автотяге. В 1934 г. дивизии оснащаются санитарно-эпидемиологическими лабораториями (СЭЛ), а в 1935 г. она в составе санитарного взвода вводится в структуру ОМСБ. В 1935 г. создается СЭЛ военного округа. С 1937 г. медицинская служба военного времени стала располагать бактериологической,
гигиенической и основной лабораториями. В целом в составе противоэпидемических формирований имелись: в дивизии - санитарный взвод ОМСБ, в армии - СЭО и ИГ, во фронте - СЭЛ и ДИОФ.
Свою проверку вся система санитарно-гигиенического и противоэпидемического обеспечения войск Красной Армии прошла в ходе локальных боевых столкновений конца 3О-х годов и во время советско-финляндской войны 1939-194О гг. Их правомерность и эффективность позволила не допустить в действующих войсках вспышки инфекционных заболеваний.
По завершении военных действий были пересмотрены с учетом приобретенного опыта штаты противоэпидемических подразделений, частей и учреждений. Все обмывочно-дезинфекционные средства изымаются из войсковых формирований и сосредотачиваются в армейских и фронтовых обмывочно-дезинфекционных ротах (ОДР). Утверждаются новые штаты СЭО армии и СЭЛ фронта. В итоге медицинская служба стала располагать: в дивизии - санитарным взводом ОМСБ с отделением санитарно-химической разведки, в армии - СЭО, ОДР, ИГ и прачечно-дезинфекционным отрядом (ПДО) ПЭП, во фронте - СЭЛ, ОДР, ДИОФ, ИГ, ИГ особого назначения, ПДО ФЭП, придававшимися из центра банно-дезинфекционными и банно-прачечно-дезинфекционными поездами (БДП и БПДП).
Организационные формы санитарно-гигиенического и противоэпидемического обеспечения войск нашли свое отражение в проекте "Наставления по санитарной службе Красной Армии" (1941) и в "Руководстве по санитарно-профилактическому и противоэпидемического обслуживанию войск" (1941).

6. Великая Отечественная война 1941-1945 гг.

Наиболее полное развитие организационные формы санитарно-гигиенического и противоэпидемического обеспечения боевых действий войск получили во время В е л и к о й О т е ч е с т в е н н о й в о й н ы 1941-1945 гг.
Ввиду переформирования в начале августа 1941 г. СУ РККА в ГВСУ в его составе образуется санитарно-эпидемический отдел. Главным эпидемиологом стал И.Д.Ионин. В конце того же месяца банно-прачечное дело было передано в распоряжение ГВСУ, в связи с чем вышеупомянутый отдел в ноябре преобразуется в Противоэпидемическое и банно-прачечное управление во главе с Т.Е.Болдыревым. В октябре 1942 г. в составе этого управления создается отдел гигиены питания и водоснабжения во главе с Ф.Г.Кротковым, а в штаты военно-санитарного управления (ВСУ) фронта и санитарного отдела (СО) включаются, первого из них инспектор по питанию и инспектор по водоснабжению, второго-инспектор по питанию и водоснабжению. В ноябре вводятся должности помощников начальников санитарноэпи демического отдела (отделения) ВСУ фронта и СО армии по банно-прачечному обслуживанию.
В состав противоэпидемических средств в дополнение к имевшимся вводятся в январе
1942 г. полевые банные отряды (ПБО), полевые прачечные отряды (ППО), военно-санитарные противоэпидемические отряды (ВСПЭО). В марте того же года формируются санитарно-контрольные пункты (СКП) центрального, фронтового и армейского подчинения. В военных округах создается широкая сеть банно-прачечно-дезинфекционных пунктов.
В п е р в о м п е р и о д е войны основная угроза заноса инфекционных заболеваний в войска исходила от прибывавшего в них пополнения и от местного населения. Этот фактор лежал в основе возникновения почти 66% всех случаев инфекционных заболеваний в войсках того времени. Вот почему в противоэпидемической работе была широко задействована вся система санитарно-заградительных мероприятий, проводимых силами и средствами ГВСУ, а также врачебно-санитарной службы НКПС и НКЗ. В соответствии с постановлением Государственного комитета обороны (ГКО) "О мероприятиях по предупреждению эпидемических заболеваний в стране и Красной Армии" (1942) принимаются меры по оздоровлению населения с предоставлением особых полномочий учрежденным на местах чрезвычайным противоэпидемическим комиссиям.
Во в т о р о м и т р е т ь е м периодах войны санитарно-эпидемическая обстановка в Красной Армии резко осложняется ввиду эпидемического неблагополучия освобожденных ею районов, все более увеличивавшегося потока военнопленных из войск противника и
освобожденных из концентрационных лагерей бывших воинов Красной Армии. Каких-либо существенных штатных преобразований в противоэпидемической службе в это время не произошло, лишь в апреле 1943 г. отдел заготовок санитарной техники и банно-прачечного обслуживания передается из Противоэпидемического и банно-прачечного управения в Управление снабжения медицинским и санитарно-хозяйственным имуществом ГВСУ.
Для решения все возраставших задач шло постоянное наращивание противоэпидемических сил и средств. На июль 1943 г. медицинская служба располагала 322 ППО, 162 ПБО, 12 полевыми механизированными прачечными, 1О3 ОДР, 69 БДП и 22 БПДП.
Не снижая внимания к деятельности сложившихся на путях подвоза и эвакуации санитарно-заградительных барьеров, медицинская служба активизирует проведение "впереди войск" эшелонированной санитарно-эпидемиологической разведки, работу по ликвидации санитарно-эпидемического неблагополучия среди партий военнопленных, репатриантов, местного гражданского населения, помогает властям в воссоздании на освобожденной территории органов здравоохранения. Одним из образцов такого взаимодействия следует назвать блокадный Ленинград. Здесь уполномоченным Военного совета фронта по проведению в городе и в войсках согласованных противоэпидемических мероприятий был сразу же назначен начальник ВСУ фронта Д.Н.Верховский. Непосредственное же руководство их осуществлением возлагается на рабочую группу эпидемической секции Консультационного бюро при ВСУ фронта, в которую вошли начальники противоэпидемических отделов этого управления, Ленгорздравотдела и другие от ветственные работники. Своевременной и эффективной оказалась деятельность Особой противоэпидемической экспедиции ГВСУ, направленной в осажденный Ленинград весной 1942 г. Впервые в истории войн осажденная крепость избежала развития эпидемий.
Общий итог санитарно-гигиенического и противоэпидемического обеспечения войск Красной Армии во время войны всемирно известен. Принятые меры позволили исключить развитие эпидемий в стране и в ее вооруженных силах, а удельный вес инфекционных больных в общем числе заболевших удержать на уровне 9% . И это является одним из выдающихся итогов и достижений отечественной военной медицины.

7. Послевоенный период (1945-1953 гг.).

В первое десятилетие п о с л е в о е н н о г о п е р и о д а (1945-1953), наряду с перестройкой системы санитарно-противоэпидемических учреждений Советской Армии применительно к условиям мирного времени, велась планомерная работа в тесном взаимодействии с органами гражданского здравоохранения по ликвидации тяжелых санитарных последствий войны. По мере снижения уровня инфекционной заболеваемости в стране и в армии восстанавливался основной, профилактический принцип санитарно-гигиенического и противоэпидемического обеспечения войск. Важнейшие организационные принципы, формы и методы проведения соответствующих мероприятий нашли свое отражение в
0

#15 Гость_Пальмирра_*

  • Группа: Гость

  Отправлено 22 Сентябрь 2005 - 21:10

Будьте добры дайте реферат на етму Врачевание в Месопотамии...такой докладик на 8-10 минут....
или хоть ссылочку где скачать

заранее сенкс
0

Поделиться темой:


  • 7 Страниц +
  • 1
  • 2
  • 3
  • Последняя »
  • Вы не можете создать новую тему
  • Вы не можете ответить в тему

3 человек читают эту тему
0 пользователей, 3 гостей, 0 скрытых пользователей




Locations of visitors to this page